‒Расскажи, откуда у Хромого оказались твои волосы?
Лили с искренним непониманием воззрилась на меня.
‒Что? Ты о чем?
‒Вчера вечером он прислал мне ваше совместное фото и клок твоих волос, ‒ как можно спокойней произнес я, хотя мой зверь рычал от злости, вспоминая как счастливо она улыбалась другому на том фото.
Лили нервно закусила губу, пожевала, явно силясь вспомнить.
‒Райт, последний раз я встречала его около двух месяцев назад. Тогда мы с Кейт были в Хрустале и к нам за столик подсел Самюэль с Хромым. Ты и сам знаешь, Кейт влюблена в Самюэля, потому увидев его входящего в ресторан, пригласила за наш столик, ‒ Заноза отчетливо скривилась, припоминая тот ужин. ‒ Больше я с ним не сталкивалась.
‒ Какое на тебе было платье в тот день?
‒Красное от Виви-Само, как раз тогда я его и купила. В Хрусталь мы пошли отметить покупку.
Она криво улыбнулась, а у меня начались подтверждаться догадки. Значит, я прав и меня просто-напросто развели, сыграли на инстинктах.
‒Может волосы Хромому достал Гера? Он же был вхож мой дом, постоянно рядом, вполне возможно, однажды стащил волосы с расчески, ‒ приложив указательный пальчик к щеке, вслух начала размышлять Лили.
Потянулся к ней всем телом, чмокнул в надутые губки и отстранившись от растерянной Занозы, проговорил:
‒Мой маленький, сладкий детектив, может ты и права на счет него. Только в том конверте был ровны срез волос, такой из расчески не достанешь.
‒Тогда я ничего не понимаю, ‒ громко вздохнула, Лили, ‒ не могу вспомнить, где могла их лишиться.
‒Постарайся вспомнить, малыш, это действительно важно, ‒ настойчиво проговорил я, поглядывая на открывающиеся ворота дома. Из них показалась тонкая фигура моей сестры с большим черным зонтом в белый горошек. Потянулся рукой к лицу моей пары, нежно обвел по крохотному личику, пухлым губам и с трудно скрываемой тревогой в голосе, произнес: ‒ Как только что-нибудь вспомнишь ‒ звони. Я заберу твой телефон, так что одолжи пока сотовый у Кейт.
Лили кивнула, и сама придвинулась ко мне, чтобы поцеловать. Нежно, легло, упоительно и безжалостно быстро. Отстранившись, посмотрела мне в глаза и выпорхнула из машины.
Проследив, как Лили встает под зонт к сестре, и они скрываются за забором, я трогаюсь с места.
Сначала я хотел поехать в офис и найти Хромого там. Мой зверь особенно яро желал этого, однако человеческая более сильная часть меня понимала – нужен план. Если я хочу поймать за зад Хромого и его приспешников, я должен действовать обдуманно, хватит и того, что вчера в порыве гнева позволил себя заманить в ловушку.
Поэтому отъехав недалеко от дома Кейт, созвонился с Итеном, друг предложил встретиться у него, дабы лишние уши не мешали разговору.
Берлога Итена находилась напротив моей, буквально в соседнем небоскрёбе, кстати квартира Джареда была там же. Друзья шутили, мол наше соседство ‒ совпадение. Только я прекрасно знал – они хотят жить рядом осознанно, ведь мы стая, хоть и маленькая, состоящая всего из трёх взрослых оборотней и двух людей. Кейт хоть и сестра мне по крови, но с ней я не чувствовал истинного родства, а вот её матушка ‒ Аделаида Львовна стала нам хоть и не родной по крови, но родной по духу матерью. Она дала нам кров, заботу и любовь. Мы старались отблагодарить её тем же.
И я перегрызу горло любому, кто перейдет дорогу одному из моих близких.
Поначалу нам не особо сладко жилось в таком тандеме. Первым я познакомился с Итеном будучи совсем волчонком, в свой первый оборот. Тогда я сбежал из приюта в лес, почувствовав, как выбиваются суставы, трещат кости, ломается позвоночник, а тело обрастает смоляной шерстью. Я знал, что скоро это случится, мои родители волки. Благородные жители Чёрных гор, так о них говорили в приюте, так писали в газетах. Мои предки были потомками первых перевертышей, живших на Чёрной горе.
В тот роковой день, когда не стало моих родителей, спящий вулкан в недрах Чёрной горы извергся, окутывая смертоносной красной-рекой последние оборотней. Я выжил лишь чудом. Моя мать пытаясь спастись от огненной смерти, из последних сил загоняя себя неслась прочь от поселения будучи беременной мной. Она не выжила, как говорили настоятельницы из приюта: скончалась на пути в больницу, перед тем сумев произвести меня на свет. Как ей удалось вырваться из лап огненной лавы, не знает никто. В предсмертном бреду, она твердила лишь об одном, чтобы её ребенка назвали Райтом, в честь её мужа, моего отца.