Мне вновь не позволили договорить, заткнув рот поцелуем. Он словно знал, что я не смогу оттолкнуть его. Чувствовать его губы на своих, ощущать то, что дарили его поцелуи… Кажется, я начала привыкать к нему.
– Буду ждать тебя на парковке после занятий. Не придешь, пеняй на себя! – прошептал Дан прямо в губы.
– Что, снова шантажировать будешь? – спросила усмехнувшись.
Как бы большего я от него не ожидала. Если он уже раз это сделал, то теперь просто так не отстанет от меня, имея такой козырь в рукаве.
– Нет, накажу! – ответил он, прежде чем уйти.
До конца занятий я просидела словно на иголках. Я никак не могла придумать, что же теперь делать. То, что Дан просто так теперь не отстанет, я прекрасно понимала. Спрятаться от него или игнорировать тоже не получится, поскольку я не была уверена, что он не поступит подло и не отдаст доказательства причастности парней к преступлению.
Когда же прозвенел звонок с последней пары, я даже подпрыгнула. Я уже забыла, когда так сильно нервничала в последний раз. Но Белецкому удалось за столь короткое время вспомнить все забытые чувства!
Студенты собирались и покидали аудиторию, я же не спешила этого делать. Я готова была сидеть здесь до последнего, пока не буду уверена, что Белецкий свалит из института, так и не дождавшись меня.
– Ангелина, в вас неожиданно проснулась тяга к знаниям? – поинтересовался преподаватель.
Вздрогнув, я подняла на него взгляд, понимая что кроме нас, в аудитории больше никого нет.
– Не дождетесь! – ответила я, поднимаясь, понимая, что ему нужно закрывать аудиторию.
– Я так и думал, – проговорил преподаватель, улыбнувшись.
Закатив глаза от абсурдности ситуации, я все же покинула аудиторию. Медленно бредя по коридору, я почти смирилась с безысходностью ситуации и почти согласилась с мыслью, что будь что будет, но неожиданно передо мной возник силуэт.
– Я думал, что уже не дождусь тебя, – произнес недовольно Дан. – Решила кинуть меня? – усмехнулся он.
Не знаю, почему, но рядом с ним я не могу контролировать себя. И вместо того, чтобы промолчать, или сказать: «Даже в мыслях подобного не было», я съязвила.
– Как раз думала над этим.
– Я так и понял, – проговорил он. – Вот только знай, будет все так, как я хочу!
– Корона не жмет, не? – поинтересовалась, понимая что тот простой и улыбчивый парень, которым был вчера Дан, мне просто померещился. Иначе как объяснить столь стремительное изменение его характера?
– Нет. А должна?
– Мне кажется, что должна, – съязвила я, скривив недовольную рожицу и скрестив руки на груди.
– Хватит язвить, пошли уже, – не выдержал он.
– Я никуда с тобой не пойду! – заявила, готова стоять на своем до конца.
– Уверена? – спросил он, выгнув бровь.
– Более чем!
– Хорошо, – сказал и как-то недобро улыбнулся. – По крайней мере, я попытался…
– Что?! – переспросила, не понимая, о чем он.
Вот только вместо ответа он резко приблизился, и не успела я никак отреагировать, как вновь оказалась на его плече. Хорошо, хоть на этот раз я не усела ничего выпить или съесть.
– Ты что творишь, придурок?! – закричала, хватаясь за рубашку, и тут же ощутила на попе увесистый шлепок. – Ауч!
– Не обзывайся, – просто ответил он.
– Белецкий, отпусти меня сейчас же! – более спокойно ответила я, надеясь, что он отпустит.
– Ага, уже, – бросил он и направился на выход их института.
Больше спорить с ним я не стала. Все равно этого упертого барана ничто не проймет. Так и висела, устроившись поудобнее, ожидая, когда же мы окажемся на улице возле его машины. Там-то он точно меня опустит, и вот тогда…
– Белецкий, отпусти студентку сейчас же! – раздался строгий голос декана.
Поняв, что помощь подоспела как нельзя кстати, чуть не крикнула от радости, насколько рада сейчас видеть отца. В последний момент я успела прикрыть рот ладошкой.
Приподнявшись, я попыталась разглядеть, что там происходит, но увы, ничего не увидела. Выдохнув расстроено, я продолжила ждать, когда же Дан выполнит просьбу декана.