Это болезненное, ненормальное смущение не давало ей сказать ни слова, отчего Александра Степановна неправильно все поняла. Раз уж так говорила большая часть класса, а Валя не опровергала, то не оставалось ничего иного, как выбрать ее.
— Ладно, тогда Валя Зуева будет вести вечер… — растерянно промямлила старушка.
Марина тихонько усмехнулась, с задних парт послышались смешки, но больше — недовольства вроде: «И что это за вечер будет! В прошлом году было так круто, а теперь…». Паштоха недовольно нахмурился и отвернулся к окну. Валя понимала, что только сама все усугубила. Однако успокоила себя тем, что даже если и решилась бы возражать, то в любом случае Марина со своими подругами надавили бы на нее. Дима тихо вздохнул.
— Там ничего сложного, Валя, — продолжала классная. — Сценарий полностью напишет Лидия Михайловна, директор школы искусств. Тебе нужно будет всего лишь выучить слова. Думаю, ты справишься.
Это немного успокоило Зануду. Просто вызубрить сценарий не представлялось сложным. Отличное знание текста дало бы уверенность, опору на сцене. Конечно, множество ровесников, неотрывно смотрящих на нее одну и слушающих каждое ее слово, безгранично смущало бы, но она должна справиться…
— Можно? — послышался серьезный голос Димы. Валя перевела осторожный взгляд на него — он поднял руку, твердо глядя на классного руководителя. — Нужно ведь два ведущих: девушку и парня?
— Да. Мальчика, скорее всего, с одиннадцатого «Б» возьмут, Шохова Витю.
— Он уже согласился?
— Н-нет, вроде бы. Но желающих нет, а его кандидатура наиболее подходящая.
— Я… Можно я буду вторым ведущим?
Одноклассники тут же притихли, удивленно глянув на Диму. Большинство про себя задалось вопросами, зачем ему это, почему он так заступается за Зануду. В общем-то, он всегда был доброжелательным к кому бы то ни было, поэтому глупо было спрашивать его об «излишнем», как всем казалось, внимании к новенькой, но все же…
Александра Степановна же была больше рада, чем удивлена, такой просьбе со стороны этого обаятельного юноши. Она не представляла его в роли ведущего, но почему-то была уверена в его способностях.
А Валя…
Теперь ей стало казаться, что, даже вызубрив текст до автоматизма, она не справится. Никак. Ее пальцы чуть дрожали, а брови обреченно нахмурились. Ну зачем? Зачем Дима так поступает?
Ей хотелось пропасть, исчезнуть, закрыть голову руками от всех-всех. В особенности от него. Но было страшно даже показывать свои эмоции. Просто невыносимо.
— Эй, ты чего? — послышался шепот соседа по парте. Где-то там Александра Степановна что-то радостно говорила Диме, он, похоже, смотрел только на Валю, одноклассники же переводили взгляды с одного на другую. Вале хотелось испариться.
Когда прозвенел спасительный звонок, она собиралась выбежать из класса первой, но руки, как назло, дрожали, не давая спокойно собрать свои вещи. К Диме же, как всегда, ринулись другие ученики, но он встал, улыбнувшись, и сказал, что поговорит со всеми позже и повернулся к Вале. Поэтому ей не оставалось ничего иного, как небрежно загрести все учебные принадлежности в рюкзак и броситься прочь. Она едва понимала, что делает, никогда прежде ей не приходилось испытывать такую бурю эмоций, вмещающей ко всему прочему раздирающий стыд и страх. Было неважно куда бежать, главное, найти место, где можно остаться в одиночестве и постараться привести свои мысли в порядок.
Она не знала, сколько на это потребовалось времени. Умывшись прохладной водой в туалете, постаралась восстановить дыхание, усмирить бьющееся сердце, охладить пылающие щеки и просто собраться с мыслями. Через какое-то время пришло понимание, что, в целом, конечно, ничего серьезного не произошло… Она прекрасно осознавала это, но почему-то при мысли, что Дима будет рядом, ей снова становилось не по себе. Это было так странно и глупо. Как можно было справиться с этим смущением? Как долго оно собиралось преследовать ее? Почему… почему сердце так билось при мысли о Диме?
Начался следующий урок — об этом говорил дребезжащий в коридорах звонок. Классные часы обычно ставили, конечно, в конце расписания во всех классах, но Александра Степановна поняла, что в таком случае никто просто-напросто не придет, поэтому попросила завучей выделить время одиннадцатому «В» в середине учебного дня.