Пусть воспоминания о субботней ночи терзали ее раз за разом, тем не менее, она приняла мысль о том, что вести себя, как ни в чем не бывало, лучшая позиция.
Агеева Лера — девушка Глеба и бывшая ведущая на Посвящении — показалась Вале довольно взбалмошной, смелой и веселой девушкой, однако, несмотря на это, Зануда ощущала себя в ее компании на удивление спокойно и легко, почти не чувствуя напряжения, как бывало перед незнакомцами. Тем более, такими активными. Лера оказалась невысокой и вроде бы простой, но определенно красивой. Несмотря на почти незаметный макияж, простой хвост на голове и ничем не примечательные джинсы с толстовкой, выглядела она как-то по-особенному, приковывая к себе внимание. В ней отлично сочетались непосредственность и естественная красота.
Первое, что услышала Валя в день их встречи, это веселый звонкий голос, доносившийся из коридора. Дима пригласил вышеупомянутую девушку в гости. Они весело о чем-то беседовали, когда Валя вышла в коридор робко поприветствовать ее. Дима представил их друг другу и, сославшись на очень срочные дела, испарился за входной дверью. Валя неловко помялась на месте, не решаясь ни начать разговор, ни пригласить гостью в комнату: ее очень смущала сложившаяся ситуация. Тишину прервала Лера.
— Ну, собственно, я так и не поняла, что вам всем от меня надо, — она улыбнулась. — Глеб, как всегда, ничего толком не объяснил.
В ее голосе слышалось непринужденное веселье и любопытство, отчего и Валя немного оживилась. Это показалось ей странным, ведь непринужденность и дружелюбие Сафронова, напротив, очень ее смущали, не говоря уже об улыбках и прикосновениях, а вот Лера с первых секунд сумела развеять напряжение и даже заставила поверить в то, что они могли бы стать подругами. Ей на мимолетное мгновение подумалось, что, встреться они раньше, Валя не стала бы Занудой…
Она пригласила девушку в дом и за чашкой чая спокойно и почти без смущения поведала ей суть переполоха. К концу рассказа ей показалось, что все можно свести лишь к одной фразе: «Меня выбрали ведущей на Посвящение, объясни, что делать?». За подобную беспомощность Зануде стало даже стыдно.
— Ну… — протянула Лера, похлопав глазами. — Честно, я даже не знаю, что тут советовать. Мне просто самой это нравилось, вот и все. Когда я вышла на сцену, это было… ну, ВАУ, так эпично и круто! Думаю, главное, чтобы тебе самой это нравилось.
Валя хмуро опустила голову. Вряд ли ее могло бы увлечь подобное.
— А, собственно, страшного там ничего нет. Это же праздник, все и так веселы. Ты просто разделяешь их радость, что ли.
Лера говорила очень жизнерадостно, активно жестикулируя и широко улыбаясь. Она приободрила бы Валю, если б в какой-то момент не стало ясно: Лера совсем другая. Она уверенная в себе и открытая, а также обаятельная и красивая. Валя чувствовала, что ей никогда не стать такой же, не быть центром внимания, не быть способной разделять свое веселье с другими. Она восхищалась этой простой и одновременно яркой девушкой, которая плевала на общественные устои, строя рожицы и болтая что-то неприемлемое, но понимала, что помочь Зануде набраться смелости она вряд ли сможет.
— Чего раскисла? — Лера присела рядом, прямо коленками на пол. Вале не хотелось открываться кому-либо, но почему-то само по себе вырвалось.
— Не думаю, что у меня получится так же хорошо держаться на сцене. Я не очень нравлюсь окружающим.
Ей стало стыдно за свои слова, это звучало как жалоба. Лера щелкнула ее по лбу.
— Еще что скажешь! Мне ты очень даже нравишься, такая милашка. И Димка вот все уши уже прожужжал про то, какая ты хорошенькая. Да даже сам Островский Глеб, дьявол во плоти, признал тебя, так что, мадам, на комплименты нарываешься!
Валя залилась краской, но скорее была в шоке. Ей впервые признавались в симпатии так искренне, так легко и просто. И ей действительно показалось, что это без капли преувеличения… Когда папа называл ее милой и хорошенькой, она никогда не верила, списывая все на слепую любовь заботливого родителя. Но когда это говорила едва знакомая девушка, которой нет смысла лгать, как-то… верилось.
— Я… — Немного защипало в глазах, и сидевшие в потаенных уголках души страхи и обиды начали давать о себе знать. — Я не умею красиво выглядеть. А ты… умеешь. И сама по себе красивая.
Откуда и почему шли эти слова? Валя и не думала, что может произнести вслух что-то подобное. Ей стало чертовски стыдно. Но Лера не смеялась и не выказывала жалости. Она просто пододвинулась ближе и, весело улыбаясь, начала что-то искать в своем телефоне.