— Ты пришла? — спросил он, словно глазам своим не верил.
— Ну, да, — ответила Валя, думая про себя, какой глупый вопрос.
— Где ты была?
— Болела…
Паштоха прищурился еще сильней, и Валя почувствовала, что не может выдержать этот взгляд. Захлопала глазами и начала доставать тетради с учебниками из портфеля.
— Скажи… ты как-то связана с тем, что меня заставляют готовиться к олимпиаде по физике? — спросил он.
Валя не успела даже подумать над ответом, потому что в ту же секунду в класс вошел Дима. Она, кажется, уже и забыла, какой он яркий и солнечный... Все сразу стали здороваться с ним, пытались что-то рассказать. Валя невольно улыбнулась, глядя на него, очень слабо, но с нежностью. Несмотря ни на что он был и останется человеком, которым она восхищается, открытым, добрым и общительным.
Дима бросил беглый взгляд в ее сторону, почти не надеясь увидеть Валю, но приятно удивился. Он предупреждающим жестом попросил одноклассников отложить свои рассказы на потом и направился прямиком к ней. Сердце забилось сильнее. Он подходил все ближе — Валя медленно сжимала пальчики на ногах. Как давно она его не видела!
Он улыбнулся, слабо, даже вяло, но это была его улыбка, добрая и мягкая.
— Привет! Выздоровела?
Валя кивнула и не сдержала ответной улыбки, чуть сжав губы.
— Ты мне так и не написала ни разу. Я ждал… — чуть нахмурился Дима, словно укорял ее.
— Извини, — она опустила голову.
Прозвенел звонок и почти сразу в класс вошел учитель.
— Позже поговорим, — Дима положил свою ладонь ей на плечо и сел на свое место.
Она робко взглянула на правое плечо, все еще ощущая тепло его руки, и подумала, как сладостен этот глупый трепет. Как воодушевляют эти напрасные надежды и как приятен самообман…
Из этого состояния ее вытащило недовольное цоканье Паштохи. А ведь он так и не получил от нее ответа! Осторожно повернув голову, она сказала:
— Извини… Я… постараюсь объяснить все позже.
Он промолчал.
После уроков Валя должна была зайти в учительскую, чтобы спросить по поводу подготовки к олимпиаде у Юлии Витальевны, а также сдать классному руководителю свою анкету о выборе профессии. В учительской присутствовали завуч, учителя истории и физики. Валя оставила свою анкету на полке рядом с классным журналом и подошла к Юлии Витальевне. Подготовки к олимпиаде назначили два раза в неделю: по вторникам и пятницам после уроков.
— Жду тебя завтра на нашем первом занятии, — заключила учительница.
— На первом? То есть прошлую неделю вы не занимались с Корниловым?
— Нет и, если честно, понятия не имею, почему должна с ним заниматься, — нахмурилась она.
— Он очень умный! — Валя сама не ожидала, что скажет это с таким жаром. Юлия Витальевна вопросительно похлопала глазами, приподняв бровь. — Я… сижу с ним за одной партой и замечаю, что задачи повышенной сложности даются ему с легкостью, а самое главное… с интересом! И я не ошибаюсь. По-моему, ему очень нравится физика, и он даже говорил, что его интересуют нанотехнологии и IT-сфера. Но… мне кажется, его родители настаивают на том, чтобы он стал бухгалтером, а ему этого не хочется. И поэтому… он так… — с каждым словом от былой уверенности оставалось все меньше и меньше. Учительница слушала с интересом, но без особого доверия.
— Это он тебе рассказал?
— Н-нет… Я сама сделала выводы.
— На основании чего же?
— На основании его анкеты и… того, как он решает задачи…
Учитель несколько секунд молчала, а потом вздохнула.
— Валя, это звучит не совсем правдоподобно. Я не исключаю, что такие случаи возможны, но как ты могла сама додуматься до такого вывода только из-за его анкеты?
— Н-не только…
— И все же. Я тоже делаю некоторые выводы на основании своих наблюдений. Он не хочет учиться, и мне уже не призвать его к этому.
— Попробовать могу… я, — смущенно сказала Валя, заметив, как тихо в этом помещении: все слышат и слушают только ее. — Но не исключайте его из школы!
Юлия Витальевна вздохнула.
— Как бы я этого ни хотела, это не в моей компетенции. И каким-то образом Корнилов заручился поддержкой директора. Так что по этому поводу можешь не переживать. Однако… заставить его учиться, видимо, в твоих интересах, и, если у тебя получится, будет прекрасно.
— Я постараюсь, — сказала Валя, чувствуя, как сильно стучит от волнения ее сердце. Она попрощалась со всеми учителями и вышла. За закрытой дверью послышался вздох Юлии Витальевны: