Мать с удивлением взглянула на дочь, но буквально на секунду. Ее взор вновь обратился к медсестре, состояние дочери сейчас было куда важней.
— Да все нормально, с кем не бывает, переутомился ребенок, перенервничал. — Она говорила звонко и весело, одновременно нащупывая пульс у Оли. — Ох уж эти экзамены, до обмороков уже доводят! Сумасшествие какое-то. Слышала, какой-то парень в прошлом году, получив результаты этих ужасных ЕГЭ, выбросился из окна! Я в шоке, что в мире творится вообще!
Она еще долго ворчала на систему образования и современных детей, у которых, по ее мнению, весьма сомнительные ценности в жизни. Елена перестала ее слушать, понимая, что ничего по существу та уже не скажет, и принялась самостоятельно рассматривать дочь. Врачом она, конечно, не была, но могла понять примерно, каково состояние Оли. Смущенный румянец на щеках придавал бледному лицу жизни, глаза у девочки горели, так что, несмотря на, в целом, усталый вид, выглядела она хорошо. Мать расслабилась и услышала краем уха, что медсестра теперь ворчит на родителей-тиранов, давящих на детей.
— Ну, все! — наконец угомонилась маленькая пухлая женщина. — Ребенок может идти домой и отсыпаться там в родной кроватке, хоть все выходные, — сказала она и закончила свою речь мечтательным вздохом. — Ох уж эти детки!
По дороге домой, уже в машине, Лена аккуратно поинтересовалась у дочери:
— Оленька, милая, скажи… — было слышно, как женщина волнуется, — я сильно давлю на тебя?
Дочь удивленно посмотрела на мать.
— Вовсе нет. — Хотя она сама не осознавала, что старается и напрягается лишь по одной причине: порадовать мать. С самого детства Оля старалась угодить ей, соответствовать ее ожиданиям.
Впервые за долгое время Одинцовы поговорили по душам и стали друг другу ближе. Лена поняла, что всегда была довольно требовательна к дочери, а из-за вечной занятости уделяла мало внимания. Оля ощутила заметную перемену в матери и в их отношениях. А еще она с большим опозданием вдруг поняла, как по-особенному к ней относится Дима.
***
На следующий день, в субботу, Валя пришла ее проведать. Сказала, что поможет с учебой, если нужно. Оля была рада видеть сестру и чувствовала себя намного лучше. Так как Валя пришла ближе к вечеру, девочки, не заметив, как летит время, проболтали о том и сем, пили чай с пирожными и печеньем, смотрели фильм, и стало уже совсем поздно. Валя, предупредив папу, осталась ночевать у сестры. Оля проявила желание лечь вместе. И хотя для Вали это было несколько непривычно, она все же не смогла отказать.
И ей даже понравилось тихо шептаться под одеялом со своей единственной сестрой и подругой. Если бы только не…
— Знаешь, Валь… — осторожно прошептала Оля. Казалось, она уже начинает засыпать. Да и сама Валя почувствовала, как ее затягивает в мир снов, хотя только недавно они тихонько смеялись над каким-то случаем в школе.
— М? — улыбаясь, спросила та.
— Мне кажется… я люблю Диму.
Умиротворение и тень веселости вмиг испарились. Оля сказала это так спокойно, словно уже давно думала, задавалась вопросом, правда ли полюбила его, а сейчас наконец осознала и приняла это как само собой разумеющееся.
— Я, наверное, не знаю, что это все-таки такое — любовь. В книгах и фильмах по-разному описывают ее. Но вчера я вдруг почувствовала бесконечное счастье, что он есть. Что всегда рядом со мной… Раньше я не понимала этого, принимала как должное его дружелюбие и участие, ведь он такой и есть: всегда со всеми и для всех. Но что-то щелкнуло вчера в голове, изменилось. Он держал меня за руку, и… Я вдруг осознала, как много он делает для меня. И я подумала, а что же будет буквально через пару месяцев, когда мы окончим школу? Если его больше не будет рядом? И задав этот вопрос себе, я ощутила ужасную тоску. Пустоту.
Валя слушала каждое ее слово с затаенным дыханием.
— Я никогда не краснела и не смущалась до жара в груди, глядя на него. И может быть, это грустно. Но я счастлива. Мне кажется, такой и должна быть любовь. Не влюбленность, временная, сносящая голову, а вот такая… настоящая, преданная, бескорыстная любовь, когда ты… хочешь видеть… этого человека… всегда.
На последних словах Олю уже затягивали в пучины сладкого сна, и, закончив свое признание, она заснула. А Валя еще долго смотрела в потолок, думая обо всем и ни о чем. О себе, о Диме. Об Оле и них с Димой. О любви.
***
В понедельник после уроков Оля ждала маму в фойе. Они собирались прогуляться вдвоем по магазинам, но Елена опаздывала и просила немного подождать. Дима выходил из школы вместе с друзьями, но заприметив одиноко сидящую одноклассницу, подсел рядом. Поговорить весь день с глазу на глаз им не удавалось, хоть и безумно хотелось.