— Хм, — я скептически хмыкнул. — Так мы с Александром ровесники …
— А ведь твоя правда! — опомнился боярин, — Я гуторил с тобой и позабыл, что ты много младше, чем выглядишь. Но в отличии от тебя, княже, Ляксандр токмо что уселся на княжеский столец, поэтому не ровня он тобе! Ты — великий князь, а он есчо вчерашний княжич. Не супостовимо вас ровнять!
К словам послов я, конечно, прислушался, но безоговорочно им не поверил. То, что Юрия Всеволодовича могут сдержать, захоти он вступить в войну, родственные узы, я сильно сомневался. Потому как родню, не менее, а может и более близкую, он имеет и по другую «сторону фронта». Ведь Василько Романович женился на Великой Княжне, родной дочери Юрия Всеволодовича. Так что, не всё так однозначно выглядело, и расклад сил может быстро поменяться.
Подбил свои финансы, несмотря на все мои выкрутасы, скукоживающиеся на армейских тратах, словно шагреневая кожа. Для меня стало очевидным, что если в наступившем году я хочу и дальше наращивать численность армии, принять и обустроить полоняников и закрыть все прочие, возрастающие год от года, как снежный ком, расходные статьи бюджета, то необходимо вводить в финансово — экономический оборот Смоленской Руси бумажные деньги. Это позволит полностью изъять из торгового обращения серебро, так как ему самое место было в моих банковских хранилищах или в кошелях у немцев и венецианцев, обеспечивающих поставки необходимых смоленской промышленности и экономике ресурсов. И, что самое важное, хотелось подстраховать латунные монеты альтернативным платёжным средством. Ведь ненадёжные внешние каналы поставок цветмета могли оборваться в любую минуту.
Для этого необходимо было, в первоочередном порядке, существенно расширить ныне существующий «бумажный цех» при «СКБ», выпускающий ценные бумаги. Поэтому, недолго думая, я решил конфисковать в пользу Смоленского государства совместное с боярами бумагоделательное предприятие. По такому случаю я собрал пайщиков СП.
— Владимир Изяславич, что означает «конхвисковать»? — наивно осведомился боярин Олекс Микифорович.
— Темень! — подал голос сосед справа, — «конвисковать» — это вроде как улучшить! — Сказал и вопрошающе уставился на меня, дескать, правильно ли я перевёл это непонятное новое слово.
— Почти угадал! — зловеще улыбнулся я. — Конфисковать — значит отобрать в пользу государства!
— Не погуби, отец родной! — бояре подозрительно начали отодвигать от стола стулья, по всей видимости, готовясь, пасть на колени. — Прояви милость, Владимир Изяславич! Государь, за что ты на нас грешных осерчал!? Чем мы тебя прогневали!?
— Шучу я так!
— Ну ты и шуткуешь, Владимир Изяславич, мне чуть плохо не стало, — раскрасневшийся как рак боярин, поудобней уселся на стуле, с которого только что едва не сверзился.
— Предприятие у вас я заберу не просто так …
— Как заберёшь!? — взвыли полностью дезориентированные происходящим бояре.
— Дослушайте вы меня, наконец, до конца! — не выдержав прикрикнул я. — Повторяю, всё НАШЕ предприятие я заберу под «бумажный цех» при «СКБ». Вскоре в обороте появятся бумажные деньги, но об этом пока молчок!
Бояре сидели недвижимо с выпученными от удивления глазами.
— Но это для нас неважно! Я у вас заберу целиком себе наше старое бумагоделательное предприятие, а в ответ, чуть позже, дам новое! С новым оборудованием, машинами, воздушными двигателями, котлами и трубами.
— Чуть скоро — это когда же? — сразу ухватил суть предложения Есиф Симеонович, оклемавшись первым.
Остальные сидели статуями, пребывая всё ещё в информационном нокауте, окончательно их добили слова про бумажные деньги. Что эта за напасть такая и как это всё вообще понимать?
— Я уже набросал план нового предприятия, с учётом новой технологической оснастки, его надо будет обсудить с мастерами. Потом заказать на «СМЗ» новое оборудование и начать строительство заводских корпусов. Думаю, самое позднее, через полгода новый бумагоделательный завод начнёт давать бумагу. Работать с вами будем на прежних условиях, все прежние учредительные документы и уставы по — прежнему будут сохранять свою силу. Поэтому, боярин Басин прав, в данном случае, конфисковать — значит улучшить, модернизировать!
Пришла пора, причём давно, организовать нормальное, машинное бумажное производство. До сих пор бумага производилась кустарным способом, и мне моей половинной доли перестало хватать даже для нужд делопроизводства и книгопечатания, не считая естественных и постоянных потребностей в бумаге школ и ПТУ — они, по старинке снова перешли на берёзовую кору и восковые таблички. Сейчас, для начального образования, печатался базовый учебник — «Букварь». Печатание текста не вызывало никаких проблем, так как использовались уже давно набранные свинцовые литеры, которых было изготовлено по числу страниц в книгах. Чернила чёрного цвета получали из железного купороса. Печатали следующим образом: литера под соответствующим номером окуналась в чернила, после чего опускалась на лист бумаги, заодно пронумеровывая его, чтобы не перепутать последовательность страниц. Причём, в целях экономии бумаги печатали с двух сторон листа. Далее все листки складывались в стопку, и при помощи дырокола делались сквозные отверстия, через которые пропускалась связывающая листы тоненькая льняная верёвочка, и вуалям … учебник готов!