Но даже с более прилично подготовленными бойцами при такой скученности происходит беда — каким — то таинственным образом разлаживаются все ранее наработанные связи. Ротные зачастую безуспешно ищут по всему лагерю своих взводных, взводные десятников, десятники — звеньевых с рядовыми. Прекрасно себя показали и ни грамма «на людях» не растерялись только уже «понюхавшие пороху» смоленские полки ветеранов.
— Бронислав, поднимай лагерь, — обратился я к «спящему с открытыми глазами» полковнику, — общее построение через 1 час, исполняйте!
— Слушаюсь, государь!
Бронислав направился к сигнальщикам. Через минуту над лагерем разнёсся рёв трубы, и из войлочных палаток стали выползать бойцы. Ротные, выстроив своих подопечных в колонны, предупредив о предстоящем общем построении, направляли их к полевым кухням. Со всех сторон доносились крики:
— Рота подъём! — Рота стройся!
Бронислав проводя задумчивым взглядом прошедшую мимо нас колонну дорогобужцев, оптимистично заявил:
— Государь, а ведь быстро они сегодня на завтрак построились и уже хлюпают, даже четверти часа не прошло!
Я лишь многозначительно промолчал, в уме прикинув, сколько за это время можно километров пробежать, а также вспомнился сержант с горящей спичкой…
— Пойдёмте сами завтракать, заодно сегодняшний день спланируем! — позвал я своих комбатов и полковников в штабную палатку, и по совместительству «офицерскую» столовую.
От мощных порывов ветра над головой время от времени хлопали стены нашего матерчатого штаба, а от стола распространялся аромат гречневой каши с рыбой вместе с чамкающим звуком — «генштаб» изволит завтракать. Я, помимо пищи, пережёвываю в голове планы на сегодняшний день. Точнее размышляю о том, что делать с недавно арестованными проштрафившимися горе — командирами, которые вместо вышколенных бойцов привели ко мне в Смоленск какие — то вооружённые стройотряды. По окончании завтрака штабу было объявлено моё решение на счёт дальнейшей участи разжалованных командиров.
— Немедленно стройте все войска в одно каре, а внутри него разместите по — ротно проштрафившихся воровских командиров! Я вас всех научу Родину любить! — гаркнул я напоследок, прихлопнув ладонью по столу.
«Генштаб» мигом повыскакивал со своих мест, никто из присутствующих явно не горел желанием подвергнуться остракизму и опале с моей стороны.
Приказал преступников прогнать между строем их бывших рот. Когда мной обдумывалось, как именно казнить провинившихся командиров мне вспомнились прусаки времён Фридриха Великого с их шпицрутенами. Как и было задумано, живыми из этого «прогона» никто из них не вышел. Ратники здорово орудовали тупыми концами копий, проверяя так сказать на практике, недавно обретённые знания. Стоящему в ряду последнему десятку с мечами наголо, даже не пришлось их опробовать, ни один из преступников до них не дополз.
За всем этим действом с любопытством наблюдала вся рать, выстроившись в огромное каре, окружив импровизированное место казни со всех четырёх сторон. Будем надеется, что «дурной пример наукой» для большинства из них всё — таки станет.
По окончании этой показательной казни дело с боевой подготовкой быстро пошло на лад. Экзекуция впечатлила и командный состав и рядовых. Все сразу и всё осознали!
Не успели войска выгрузиться в Гнёздово, а уже сегодня ещё впотьмах к Смоленским причалам, после долгой «зимней спячки» начали прибывать речные караваны, снаряжённые иногородними отделениями «РостДома». Первыми, речную навигацию открыли городские отделения, разбросанные по берегам рек Днепровского бассейна. Причём, скопившуюся за зиму прибыль в столицу, направили не только подвластные Смоленску города, но и редкие отделения, присутствующие в других русских княжествах.
Ладьи и дощаники были под завязку загружены самыми ходовыми на Руси товарами — мехом, мёдом, воском. Естественно присутствовали, но куда как в более скромных объёмах, серебро с золотом в виде слитков, монет и ювелирных изделий.
Подводы, запряжённые упряжками лошадей, при помощи срочно прибывших охранных подразделений дворцов и портовых ярыг, под непосредственным контролем служащих СКБ, быстро загружались товаром и направлялись по назначению к соответствующим складским службам.