По всему фронту наступления противника начали образовываться и быстро разрастаться завалы из агонизирующих тел людей и животных. Эта печальная участь в первую очередь постигала плохо доспешных дружинников, облачённых в кожаные доспехи. Но, не смотря на наши локальные успехи, решительности и мужества оставшимся «в строю» всадникам было не занимать. Подстёгивая ногами коней, они объезжали завалы и продолжали нестись, желая лишь одно — как можно быстрее врубиться в ряды ненавистных русичей.
Но рвущихся вперед рыцарей повторно и более эффективно «причесал» ужасающий залп десятков орудийных стволов. Спотыкнувшиеся о смертельно жалящий металл кони на полном ходу перебрасывали через голову своих наездников, другие кони заваливались наземь, взбивая копытами воздух и раздавливая своей тушей седоков. Даже уцелевшие кони начали останавливаться, взбрыкивать и словно пьяные шарахаться по сторонам. Совсем непривычная к артиллерийскому бою конница так и не доскакала до позиций полков, окончательно встав у образовавшихся многочисленных кровоточащих завалов. Целых и невредимых среди этих «счастливчиков» практически не наблюдалось — у многих из щитов и даже доспехов торчали стрелы. То, что этой толчеёй они изображают из себя прекрасную неподвижную мишень до них, похоже, ещё не доходило. Поляки с немцами принялись жарко обсуждать свои дальнейшие намерения, кричали, размахивали руками.
Раздались команды звуковой и флажной сигнализации, передние ряды пикинеров присели на корточки. Повинуясь командам, прицельную пальбу начали арбалетчики. Лучники тоже перешли с навесной стрельбы на настильную.
Редкие стайки болтов и куда большие скопления стрел со зловещим шелестом принялись бодро расчерчивать разделяющие противоборствующие стороны пространство. Глухие удары арбалетных и лучных тетив отзывались доносящимися с той стороны душераздирающими воплями боли, страха и неистового конского ржания.
Окончательно эта импровизированная «дискуссия» внезапно оборвалась, стоило лишь пушкарям перезарядить свои орудия, возобновляя свою прицельную, оттого особенно губительную пальбу. Повторные орудийно — ружейные залпы, дополнительно приправленные выпущенной тучей стрел и арбалетных болтов, повергли атакующую польско — немецкую конницу в ужас. Захлебывающиеся в крови конники пребывая в полном смятении, подавшись тлетворному действию внезапно охватившей их всех панике, стали резво разворачивать своих коней в противоположную сторону и безудержно понеслись во весь скач назад, преследуемые колючим стрелочно — арбалетным дождём.
Конрад Мазовецкий хоть и участвовал в атаке своей конницы, сумел выжить. Во время отступления под ним была ранена ло¬шадь, и он только чудом избежал плена. Жалкие остатки поляков с немцами даже не пробовали укрыться под хлипким частоколом стен городка Мельник, сразу направившись в северо — западном направлении, в сторону польских земель.
В плен удалось захватить пару сотен поляков из пеших судовых ратей. Перехватить, давших стрекоча, основную массу польских пешцев, в условиях отсутствия у нас ратьеров, не было особых возможностей. А в самом городе Мельник обнаружились несколько тысяч человек русского полона, который прямо на месте был освобождён и разошёлся по прежним местам своего жительства.
У речных причалов Устилуга заякорился на отдых галерный флот. У стен этого города в реку Буг впадала река Луга, а в дневном переходе от Устилуга находилась столица Волынского княжества — город Владимир — Волынский. Часть войск — полки: 2–й Смоленский, 4–й Дорогобужский и 10–й Полоцкий под командованием назначенного старшим Клоча, продолжили сплавляться вверх по Бугу, перед ними ставилась задача по захвату города Волынь.
Прежде чем начинать поход на Владимир — Волынский, в Устилуге — важнейшем узловом пункте, планировалось организовать нашу временную тыловую базу. Войска располагались как внутри самого городка, так и в его пригородах. Местный монастырь, укреплённый бревенчатыми стенами, пришлось брать с боем. В нём потом разместили ставку.
При моём появлении из ворот монастыря, под вооружённым конвоем, выходили две сотни монахов в чёрных рясах и с котомками в руках, шествующие во главе со своим настоятелем. Монастырь я планировал вскоре перепрофилировать, разместив в нём в скором будущем учебные роты одного из Владимиро — Волынских полков. Хоть в самом Устилуге вряд ли получится рекрутировать больше батальона, но здешняя природа богата на популяцию homo sapiens, местность изобилует множеством деревенек, где можно будет набрать недостающую пару батальонов.