Постепенно артиллерийский огонь утих, и я побежал во взвод.
— Ну, как, Конюшевич? Сильно страшно было?
Глаза у парня безумные, кепочка и пиджачок перепачканы пылью.
— Ужас. Особенно, когда они из пушек стали крыть. Меня же чуть землёй не засыпало, когда снаряд рядом бабахнул. До сих пор в ушах звенит.
— Привыкнешь, — махнул я рукой, стоя из себя бывалого вояку, хотя и сам впервые под артобстрелом.
— А здо́рово вы им вломили! Сколько танков пожгли, сколько немцев побили. И главное — совсем без потерь.
Эх, Конюшевич! Это только в моём взводе обошлось без потерь…
— Вот теперь я верю, что вы из будущего!
Интересно, у кого это из моих солдат вода в жопе не держится? Кто проболтался?
Прода от 21.01.23
Командующий Балтфлотом адмирал Трибуц воспринял бы полученное во второй половине дня 19 июня сообщение о необходимости установить связь с крупным морским соединением советских кораблей, находящимся в нейтральных водах Балтийского моря, как глупую шутку, если бы на другом конце телефонной линии не был бы сам товарищ Сталин.
— Корабли вам неизвестные, поэтому нельзя допустить, чтобы их приняли за нарушителей морских границ СССР и обстреляли. Или вообще какой-нибудь из них потопили накануне войны. Вы лично отвечаете за то, чтобы этого не случилось.
— Есть! Разрешите вопрос, товарищ Сталин? О какой войне вы говорите?
— Соответствующее сообщение вам поступит в ближайшие минуты из Наркомата. И ещё. Я приказываю вам верить всему, что расскажет вам командир этого соединения, и не пренебрегать информацией о начальном этапе боевых действий, которую он вам сообщит дополнительно. Поэтом, чтобы не терять зря времени, после установления связи вы лично отправитесь на флагман соединения. Частоты и шифры для связи с ним вам тоже доставят в ближайшие два-три часа.
Рандеву произошло ранним утром, и с борта миноносца Трибуц ошарашенно рассматривал незнакомые силуэты кораблей с развевающимися над ними флагами ВМС СССР. Не только о постройке, но и о закладке кораблей таких классов он никогда не слышал. Хотя даже по внешнему виду становилось ясно, что многие из них ходят не по одному году.
Потомки. Потомки, неизвестным образом переместившиеся из 1981 года. Такие же советские люди, но владеющие техникой, сегодня даже немыслимой. Способной за десятки миль обнаруживать и поражать вражеские корабли, безошибочно находить в морских глубинах подводные лодки и уничтожать их ещё до того, как они выйдут на рубеж торпедной атаки, засекать установленные мины и вести точнейший огонь по приближающимся на любой возможной высоте самолётам.
Огорчало то, что в их прошлом, а его ближайшем будущем, Балтийский флот ждёт немало трагических событий. Среди которых оставление нескольких военных баз, включая, скорее всего, и главную базу флота в Таллине. Слишком уж сильным будет натиск немцев в первые недели войны, а времени, чтобы подготовиться к отражению нападения и организации сопротивления продвижению противника вглубь советской территории фактически нет.
И первая база, которую придётся оставить — Либава, где находится в ремонте несколько кораблей, а также базируются подводные лодки и торпедные катера. Можно только вывести лодки в море, перегнать неисправную С-3 в Рижский залив и вывезти из города семьи комсостава. Этот приказ, как говорят потомки, в их истории он отдал уже в полдень 22 июня, но С-3 погибла, атакованная немецкими торпедными катерами.
Ещё во время перехода в Таллин на борту крейсера «Октябрьская революция» (не одноимённого линкора, стоящего сейчас в Таллине, а именно крейсера) было решено направить в Лиепаю два сторожевых корабля, «Неукротимый» и «Сильный», а также малые ракетные корабли «Град» и «Радуга», которые помогут обороне базы и города своей артиллерией. Прежде всего — зенитной, поскольку их защитникам будут очень досаждать немецкие бомбёжки. А когда дело дойдёт до эвакуации раненых и горожан — защитят транспорты от торпедных катеров и вражеских самолётов.
Как и было написано в книгах о первом дне участия Балтийского флота в Великой Отечественной войне, первые немецкие самолёты появились над Либавой в 3 часа 55 минут. Но их встретили огнём не только спешно возвращённые с учений под Ригой зенитчики, но и корабли потомков. В результате до порта, который должен был стать одной из первых целей, не долетел ни один вражеский бомбардировщик: настолько точен оказался огонь корабельной артиллерии, управляемой радиолокаторами. Не пострадали и И-153 148-го истребительного авиаполка, заранее рассредоточенные и замаскированные. Посылать устаревшие машины для отражения ночного авиаудара командир иап не решился. А через пять минут загрохотали разрывы немецких снарядов южнее города.