Дорога шла прямо и прямо, рожь поднимается вровень с бортом. Неужели я не заметил, мы миновали разветвление дороги? Повернуть обратно?..
Ехать дальше? Оставаться в бездействии невмоготу. Я встал на сиденье, огляделся. Наконец-то. Каменный столб, в нише изваяние придорожной Мадонны, украшенное зеленью. В чем же дело? Развилка, по-видимому, распахана.
За поворотом начиналась улучшенная дорога. Вдоль обочин ветлы. Высокие, с густыми роскошными кронами образующими шикарный зеленый тоннель.
- Воздух! - по рации нами был услышан доклад наблюдателя колонны.
Мы быстро вошли в тень деревьев. "Хеншель" пересек маршрут и ушел на восток. Маскировка по быстрому прилепленная перед выходом не держалась, часть веток потеряна. Вот мы проехали какие-то отдельные дома. Раздался голос Борисевича:
- Люди там... бежали... попрятались,- он указал глазами.
- Люди? Какие люди?
- Воздух! - опять слышим по рации как кричит наблюдатель.
Пытаясь найти в небе самолеты немцев, обнаруживаю во ржи толпу людей. Вскочили, похоже, собираются удирать. Кто их спугнул?
Радист звал - никакого внимания. Люди только прибавили шаг. Внезапно вынырнувший самолетик с крестами на крыльях заставил их повернуть к нашему БТРу. Оказалось что это молодые парни, все призывного возраста. Полуодеты, без всяких документов. Отвечают невразумительно. Из рабочего батальона строили укрепления недалеко от границы. Немецкая артиллерия на рассвете обстреляла их шалаши. Многие погибли, остальные разбежались.
Черт, как поступить с ними? И советоваться времени нет, колонна уходит вперед, её уже не видно, только столб пыли указывает где она.
- А документы есть?
Парни мнутся и отводят глаза.
- Почему убегали?
- Испужались сильно, думали немцы, вон у вас кресты намалеваны!
- Немцев где видели? Далеко отсюда?
Одновременно заговорили несколько человек, помогая себе руками они показывают и объясняют где и когда видели фашистов. Мнения расходятся, ребята противоречат друг другу.
Направив их в тыл, мы на своем трофее двинулись догонять своих, предварительно закрыв тряпками и ветками кресты на броне. Пока заняли свое место позади колонны, навстречу попалась одна, позже еще несколько групп безоружных строителей. Их всех отправляли в тыл.
Где идут бои - легко определить по звукам и пожарам. В небо тянутся густые столбы дыма, а затем, расплывшись, стелятся над землей.
Впереди из-за поворота медленно выплывает старая водяная мельница, потемневшая от дождей и времени. Неторопливо крутится её огромное водяное колесо. Ему наверно абсолютно все равно что происходит вокруг.
Дорога поворачивала на северо-восток. Впереди, покачивая длинными стволами орудий, двигаются оба наших подразделения. Следы от гусениц "Гвоздик", "Шилок" и МТЛБушек сливаются в одну колею, потом вновь расходятся. Узкие колеса прицепленных орудий, оставляют на песке грунтовой дороги глубокие борозды, раздвоенные тяжелыми пушечными колесами. Справа за кустами блеснула речка. Прежде на ней стоял мост, но он не выдержал военных испытаний и развалился. Движение направляется в объезд, через брод, куда указывала жирная черная стрела на доске, прикрепленной к перилам. Видно как орудийные номера, сидевшие на станинах, поспешно перебираются к щиту и люльке, а кому не хватило места забираются на нашу технику. Выбрасывая из труб синие кольца дыма, машины одна за другой выходили на чистый береговой песок.
Мой водитель уверенно направил БТР в воду. В кабину хлынул ливень брызг. Напуганный Борисевич, стряхивая воду, вертит головой. Несмотря на испуг, он добавил газу и мы выскочили на противоположный берег.
- Ну что Борисевич, запомнил что трофей не плавает?
- Так точно, товарищ лейтенант!
- Давай сливай воду, нельзя отставать!
После брода, колея нас вывела на косогор, с которого открывался широкий вид на дорогу и лежавшую по сторонам местность. Изгибаясь плавной дугой, впереди ползет колонна., орудие и снова "Гвоздика", опять орудие, "Шилка", буксирующая орудие. Издали они выглядят медлительными и неуклюжими, но на удивление четко соблюдается дистанция между машинами.
Переход завершился благополучно. Прибыв к месту, отлично замаскировались в удачно расположенной в выемке. С обеих сторон наверху недостроенные доты. В одном расположился наш комбат со взводом управления, в другом дивизион предков. Поделились с ними масксетями и замаскировшись, затаились. Соседние высотки заняли ПРП и "Шилки".
Не успели мы как следует разместиться и укрыть технику, как прибежавший посыльный передал приказ собраться в доте, который заняла наша батарея. Прибыв туда, увидел что собрались все офицеры и командиры. Хотя я по специальности являюсь зенитчиком, и отправляясь на учения принял командование над зенитно-ракетным взводом, сейчас фактически командовал одним из своих отделений. Тем не менее, имея звезды на погонах, т.е. будучи офицером Советской Армии обязан был выполнять свой воинский долг там где прикажут. На импровизированном военном совете, который прошел очень быстро, комбат каждому отмерил свою задачу.
Приданный ПРП выходил на левый фланг нашей зоны ответственности, сам комбат выдвигался на МТЛБу на правый фланг. Третий дивизион 341-го ГАП из-за потерь мог выставить только один НП, который решили усилить моей группой, так как на нашем БТРе была подходящая радиостанция для связи с машиной старшего офицера батарей "Гвоздик". СОБ самоходок своими средствами обеспечивал связь с третьим дивизионом. "Шилки" прикрывали огневые артиллеристов от воздушного нападения. С учетом почти полного отсутствия маневренности третьего дивизиона это имело решающее значение для сохранения личного состава и техники. Против артиллерийского поражения наши "боги войны" придумали следующую хитрость: сравнивая нашу и немецкую карту найденную в "Гономаге" командир батареи обнаружил что на карте противника не нанесен молодой сад расположенный между двумя большими рощами. Особую прелесть ситуации создавало то, что сад находился в створе между ними, на направлении удара немецких войск и не мог просматриваться со стороны противника. "Гвоздики" загнали в подходящий овраг, глубиной более десяти метров, что позволяло скрыть вспышку выстрела ночью и пылевое облако днем при условии обильного орошения водой.
- Ложные позиции Вашему дивизиону оборудовать при первой же возможности. - Заявил комбат, пристукивая плашмя карандашом по листу карты.
- Хорошо бы придумать еще чем имитировать выстрел! - подал голос начальник штаба третьего дивизиона.
- Выделим одну-две самоходки когда будет пролетать разведчик, нехай фиксирует это дело своими объективами. Добро?
- Так точно!
- Сверим часы! На моих четырнадцать пятьдесят пять. - закончил совещание комбат.
Первыми на свои позиции ушли ПРП и "мотолыга" комбата. Мы задержались пока ждали разведчиков гаубичного дивизиона, хотя добираться нам было ближе, да и дорога лучше. САУ в два приема должны будут перетащить тяжелые шестидюймовые гаубицы в садочек, и только после этого двинуться в свой овраг. "Собовка" уже шастала по определенным огневым позициям привязывая их. Самыми последними тронутся занимать свои позиции зенитчики, сейчас их основная задачи прикрыть развертывание орудий, крутятся на их башнях антенны радаров и потеют уши радистов, внимательно слушая данные, которые постоянно выдает в эфир "Овод".
Несколько километров до точки НП мы прошли без особых проблем. Отыскали небольшой овражек где укрыли оба бронетранспортера.