Кольца! Где это видано, чтобы служанки носили бриллианты?
Катрин стянула с себя драгоценные камушки и осторожно сунула их в бюстгальтер. Кольца тихо побрякивали и щекотали грудь – придется терпеть.
Перед выходом она взглянула на свое отражение – на нее глядела неряшливая чумазая девчонка. Фокус удался. Вспомнив признание Черри, ей захотелось разбить вдребезги это око разврата. Она схватила кувшин, но насилу сдержалась.
Когда Катрин добралась до оранжереи, Джебраил уже ждал ее, так что ей не пришлось искать лейку. Он произнес заученный пароль, и они направились к выходу. Встреченные на пути сослуживцы посмеивались ему в спину. Джебраил улыбался и держался уверенно. Катрин покорно шла сзади, опустив глаза. Девушка выглядела так обыденно и традиционно, что ни у одного охранника не возникло и тени сомнения.
Во дворе Джебраил подошел к джипу и приказал ей сесть. Катрин почтительно поклонилась и молча уселась сзади.
Около ворот их остановил толстый охранник в камуфляже:
– Куда ты намылился, Джебраил?
– Шеф приказал купить ему мебель для спальни и подобрать шелковую ткань для наложниц, чтобы не бездельничали, а шили себе платки.
– Эта грязнуля с тобой? – с отвращением покосился он на Катрин.
– Да, я же не потащу ткань – для этого есть специально обученный персонал, – издевательски усмехнулся Джебраил.
– Нашел, кого брать! Принца позоришь!
– По дороге я хорошенько ее отмою.
– Ух ты, мерин! Только не подхвати триппер, – хмыкнул толстяк и открыл ворота.
Путь свободен! Джебраил нажал на газ, и джип с ревом рванул по разбитой дороге. Катрин подпрыгивала на сиденье и озиралась по сторонам. Со всех сторон ее окружали пески и разрушенные каменные строения. На горизонте виднелся город с поднебесными небоскребами – это был Эр-Рияд.
Она затаила дыхание. Из-под колес встречных автомобилей поднимался песок. Джебраил вошел в старую роль и снова не произносил ни звука. Ему было тяжело: он сжег мосты, и назад дороги не было.
Катрин со страхом смотрела вперед, боясь встретить кортеж Сафара. Это нельзя было исключать, объездных путей не существовало. И ей оставалось лишь молиться, что они правильно рассчитали время и Сафар не попадется им навстречу.
Они не ошиблись. Джип без проблем въехал в город, растворившись в потоке машин.
– Мне придется оставить тачку себе, – с тревогой сказал Джебраил. – Не повезу же ее обратно, чтобы извиниться.
– Я бы избавилась от нее, так тебя легко вычислят.
– Умная ты! Хорошей будешь женой.
– Учти, через пару дней назначена моя свадьба с принцем. Ты успел спасти нас.
То ли от триумфа, то ли от накопившегося напряжения Джебраил нажал на гудок, напугав впереди идущий фургон и мчащегося по разделительной полосе велосипедиста. Фургон чуть не подрезал джип, а велосипедист едва не нырнул под встречный автобус. Шокированный гонщик остался позади в целости и сохранности, а фургон затормозил на перекрестке.
– Осторожнее! – закричала Катрин – Не хватало только, чтобы нас остановили полицейские!
Джебраил послушно кивнул и больше не позволял себе подобной дерзости. Без приключений они доехали до аэропорта и очутились на стоянке грузовых лайнеров. На площадке было тихо и немноголюдно, только сновали авиатехники и грузчики.
– Приехали! – объявил он. – Я тебя доставил. Отныне ты не имеешь права отказаться стать моей женой. Я не пропаду, справлюсь, пережду шторм и дождусь тебя. Когда-то я занимался дайвингом в Красном море, зарабатывал на гонках верблюдов и был вполне приличным гидом. Но моя суровая внешность подбросила особую службу по нраву.
– А где дядя? – проигнорировала его Катрин. – Его как раз очень не хватает.
– Вон! Седой такой, с толстым брюхом.
Дядя и в самом деле предстал дряхлым и слегка упитанным. На вид ему было около пятидесяти. От частых перелетов и постоянной турбулентности он успел расстаться с кудрявой шевелюрой. В летном костюме он напоминал бессменного ведущего «Поле чудес», а роль Буратино досталась Катрин. Дядя Мхатеп оказался страстным любителем штурвала, авиационного керосина и «мертвой петли».
– Мое почтение, славный племянник! – уважительно произнес он, подойдя к джипу. – Контейнер ждет путешественницу на борт. Это вы и есть? Наряд вам к лицу. Но горничные так не одеваются. Вы похожи на босячку из трущоб.
– Я на это и рассчитывала.
– Поспешим. Мой ястреб к полету готов.
Катрин выпрыгнула из автомобиля, чуть не подвернув ногу.