Чуткий и понимающий Салов сочувствовал ей. Посетовав на царящее в мире беззаконие, он заговорил о борьбе с преступностью и защите прав русских туристов. Катрин убедила его, что он настоящий герой и спаситель. Если бы не его усилия, ей бы пришлось месяц торчать у порога посольства. Польщенный Салов заметил, как ей повезло, что именно он заменял посла. Катрин позволила ему поцеловать руку. Александр Александрович умилялся и ощущал свою значимость и полезность.
После ужина дамский угодник лично довез ее до отеля, где за казенный счет снял для нее номер люкс. Катрин притворилась, что у нее нет ни гроша, предусмотрительно спрятав наличные и драгоценности. Она умело сыграла роль несчастной туристки, все шло как по маслу, Салов не подкачал. Чтобы удостовериться, что она без приключений доберется до Москвы, он попросил ее телефон. Но Катрин успокоила его, пообещав быть осторожной и не попадать в неприятности.
Через пару дней утренним рейсом она прилетела в Домодедово.
Здравствуй, Первопрестольная! С возвращением!
На московских улицах звенела капель и стояла слякоть. Катрин успела отвыкнуть от холода и даже приобрела загар, как будто вернулась с курорта. Собственно, так и есть, если место, где ей довелось побывать, можно назвать курортом.
По прибытии ее беспокойство усилилось. Даже на борту самолета она подозревала в слежке нескольких пассажиров с арабской внешностью, реагируя учащенным сердцебиением на любого человека с Востока. Соблюдая осторожность, она не торопилась навещать мать. Никому не сообщив о своем возвращении, Катрин сняла номер в гостинице «Ренессанс» и решила пару дней отоспаться, спланировать дальнейшие действия и адаптироваться к столичной суете.
Атмосфера отеля напоминала пережитое заточение. Невыносимо сидеть взаперти, хотелось дышать свежим воздухом, кататься в метро и бродить в скверах, наслаждаясь родной речью, тающим грязным снегом и наступающей весной. Чтобы развеяться, она отправилась на прогулку, в течение дня посетив Кремль и побродив по Арбату, остановившись у сталинской высотки.
Вдруг кто-то окликнул ее. Катрин обернулась и расплылась в широкой улыбке: возле синего «Мерседеса» с мигалками стоял ее добродетель. Держа в руках толстый кожаный портфель с золотой ручкой, Салов завороженно глядел на нее в упор.
В миг путешественница оценила ситуацию по достоинству. Последовали дружеские объятия и радостные восклицания. Со второй попытки Салов выпросил ее телефон. Если бы не его инициатива, Катрин сама проявила бы сообразительность. Они пообещали друг другу встретиться позже и довольные нежданной встречей разошлись по своим делам.
От скуки Катрин шаталась по паркам, и кое-как справлялась с беспокойством, но ощущение предстоящей беды не покидало ее. Интуиция не подвела. На ВДНХ, гуляя по Звездному бульвару, она заметила странного субъекта, идущего сзади и наблюдающего за ней. Черные очки, смуглая кожа. Сердце бешено заколотилось. Она ускорила шаг, а преследователь рванул за ней. Понимая бессмысленность побега, Катрин остановилась.
Незнакомец подошел к ней вплотную:
– Ни писка, иначе убью! – произнес он на плохом английском. – Следуйте за мной!
В руке у него застыл пистолет. Катрин потеряла дар речи. Придерживая девушку за локоть, он отвел ее к обочине, где стоял его черный «лексус». Они сели в машину и помчались по проспекту.
Катрин сидела тише травы, ниже воды, и не почти не двигаясь. К чему слова, когда участь ее понятна. Снова назад на цепь? Невозможно…
– Надеялась сбежать от нас? – заговорил угрюмый араб, сверкая уродливым шрамом вдоль левой щеки. – Черта с два, от нас никто не уходил! Тебе это даром не пройдет. Господин покарает тебя за прегрешения. У нас весь мир под колпаком, и везде священная воля нашего господина.
– Что ты сделаешь со мной?