– У меня на устах это имя, – злобно фыркнула Катрин.
– Ну-ну, – хитро ухмыльнулся Этьен. – Также он умудряется отмывать деньги, покровительствуя транспортировке наркотических средств из Афганистана через Саудовскую Аравию, Алжир и в итоге к нам. Извилистый, но проверенный и относительно безопасный путь. В свое время де Ронсар оказал существенную поддержку нашему президенту, и тот выиграл выборы. Но вследствие этой победы де Ронсар стал оказывать влияние на политику главы государства, что не устраивало правительство. Саркози задумал уменьшить его разыгравшийся аппетит. Раньше он закрывал глаза на его махинации и приказывал министерству внутренних дел не так пристально проверять, чем на самом деле занимается нефтяной олигарх. Де Ронсар подкупил многих в министерстве, коррупция есть и у нас, господа. С вашим безобразием она не сравнится, но это бич нашего общества. Саркози попал в ловушку собственной выстроенной системы. Он столько сделал, чтобы во время предвыборной кампании ничто не мешало ему получать финансирование из фондов де Ронсара, а теперь не знает, как ему избавиться от него. Вот мы и стараемся. Постепенно он избавляется от продажных чиновников, и влияние де Ронсара ослабевает. Он уже не такой всесильный, как раньше.
– Ваш президент решил выйти из-под его влияния? – уточнил Краснов. – Давно пора.
– Наша политика в отношении России достаточно строгая.
– А вы чаще прислушивайтесь к мнению Запада, – заявил Андрей, не обремененный службой и поэтому позволяющий себе недипломатичные высказывания, а накипело у него много.
– Я не вправе высказывать личное мнение, – ушел от ответа Этьен. – Уверяю, что мы абсолютно независимая страна, нас не заставишь принимать невыгодные для нас решения. И Запад тоже это учитывает.
– В принципе, да, – согласился Краснов. – Вам далеко до британцев.
– Прекратите говорить о политике, – остановила их Катрин. – Давайте спустимся с небес на землю.
– Политика всегда ближе к земле, чем к небу, – колко заметил Краснов. Угораздило же его вляпаться в международную переделку именно тогда, когда он навсегда покончил со службой отечеству.
– Поговорим о моих несчастьях, – захныкала Катрин. – Я сполна настрадалась. Что вы еще знаете о де Ронсаре?
– Недавно я узнал, что он балуется продажей легкомысленных гражданок разных стран, – насмешливым тоном произнес Этьен. – Вы, мадам, способствовали этому знанию.
– Что вы несете! Нет бы спасти меня, а вы…
– Мы занимаемся вашим спасением, но у нас не так много доказательств в отношении вашего бывшего сутенера. Вы дадите показания, но только этого мало. Понадобятся дополнительные свидетели. Надеюсь, господин Краснов согласится оказать помощь следствию.
– Я? Мне как-то неудобно светиться, – замялся Андрей. – Я бывший дипломат, будет огласка и ненужная шумиха. По-моему, меня лучше не привлекать или сделать это незаметным образом.
– Нюансы обсудим позже, – пообещал Этьен. – По данным разведки, сам де Ронсар и, возможно, самозваный принц Сафар находятся сейчас в Москве.
– Здесь? – вскрикнула Катрин, чуть не опрокинув тарелку. – Не может быть!
– А почему вы удивляетесь? Чего им бояться? Вы так важны для них, что они соизволили лично примчаться за вами. Осознаете свою значимость? Не каждому выпадает такая честь.
– Лучше провалиться сквозь землю, чем иметь такую честь. Вы обязаны защитить меня!
– Этим мы тоже занимаемся, – сердито ответил Буавен. – Но учтите, они не должны знать, что Интерпол вышел на их след и подобрался к ним близко. Мы перейдем в наступление. Одна из главных задач не посадить де Ронсара за решетку, так как сделать это довольно затруднительно, а ослабить его влияние на правительство. Скажем, вынудить его выйти из совета директоров компании либо заставить эмигрировать в Лондон. Этот чопорный город всегда готов принять политических беженцев, вспомним ваших беглых олигархов. Пока де Ронсар у власти – он опасен. Мы же обезвредим его.
– Каким образом? – не верила Катрин в возможности Интерпола.
– Это секретная информация, – словно опомнился Буавен. – Я и без этого наговорил лишнего. За это меня могут уволить или досрочно отправить на пенсию. Но я готов сложить полномочия, за должность не держусь – себе дороже выйдет.
«Какие же смешные эти французы, – улыбался Краснов. – Сначала он разбалтывает тайную информацию, а затем без раскаяния говорит, что его пора уволить. Потешный народ! У нас этот номер не пройдет. Вовремя я сошел с рельсов государственной службы, иначе доложил бы о его похождениях. Но если разобраться, таская министерский портфель, я был защищен государством, а сейчас кто меня защитит? Никто, сам себя защищай».