Скоро полдень, до этого времени ему нужно вернуться, так как к этому времени на улицах Риу не должно быть ни одного мусорщика без специального разрешения и повозки.
Старик вымотался окончательно, но осталось наведаться еще кое-куда, прежде чем возвратиться в Дом с Кукушкой.
На границе между Кирпичным и Каменным Городом стояло одно примечательное строение. Как и все здания этого района Риу, оно было сложено из красного кирпича, но больше походило на уменьшенную копию дворцов Зеленого Города. Земля в Риу дорогая, но хозяин разбил сад с небольшим неказистым прудиком.
Туда-то ему и надо.
Роберт подошел к охране, которая его пропустила. Со стороны это должно было смотреться дико. В довольно богатый дом впустили мусорщика почти среди бела дня. Но такое бывало часто. Соседние улицы были скуплены владельцем и сдавались в аренду своим же людям, поэтому все закрывали глаза на происходящее.
Внутри микро-дворец оказался такой же безвкусный, как и снаружи. Сюда стащили все, что могло иметь намек на достаток. Только мебель была из разных гарнитуров и не гармонировала ни с оформлением комнат, ни с огромным количеством как довольно дорогих, так и дешевых аксессуаров.
В одной из комнат, как на троне, восседал коренастый мужичок в разноцветных шелковых одеждах и ковырялся в носу, пока не заметил, кто именно к нему приближается.
— Стригидай? Не вкупляю, заясни-ка, что за закос?
— Приветствую, Подкова. Только в таком виде меня бы сюда пропустили.
— Голова. Токма когти рвать тебе надо, а не рядиться в одного из моих и создавать напряги.
— У вас не будет никаких проблем из-за маскарада. Даю слово.
— Не гони порожняк. Тебя пасут и пауки, и стервятники.
— Вы обдумали мое предложение? — перебил его Стригидай серьезным тоном.
— Я не буду впрягаться за ваших, — сморщился Подкова и помахал, подзывая своих головорезов, чтобы те выперли наглеца.
— Вам же хуже. Не торопитесь с ответом, пока не услышите всех условий, — посол даже глазом не повел.
— Оставьте нас, — совсем иначе проговорил мужчина на троне. — Посмотрим, стоит ли твое предложение моего времени, Роберт.
— Не мне судить, Рахул. Его Величество Леонис готов предоставить вам не только титул тана, но и владения подальше от имперской границы. Вы давно желаете приобрести статус и положение, но, как мусорщику, даже главному, в Сентории этого не добиться. Несмотря на все богатства и власть, ваше место в иерархии навсегда будет ниже самого последнего нищего. Тут вы обречены, а Король готов дать вам и вашим потомкам будущее.
— И никаких дополнительных условий?
— Нет. Полная легализация статуса и состояния.
— Тогда, мессер Стригидай, чем именно я могу быть полезным Королю Вертиса?
— Вы не ознакомились с моими письмами? Я передал два послания, — Роберт позволил лёгкому удивлению проскользнуть в голосе.
— Однако, не все вам обо мне известно, — усмехнулся Рахул. — Мусорщикам грамота ни к чему. Буквы несут лишь зло и разочарование, поэтому в них обличают правила.
— И договоры. Как вы проверите, что подписали нужный?
— Их всегда можно разорвать.
Посол не стал разубеждать главу мусорщиков. Разговор и передача инструкций не отняли много времени, так как Роберта ждали в другом месте и на вежливые расшаркивания и дипломатические игры уже не оставалось времени. Он объяснил, где и что подготовили для мусорщиков, чтобы они забрали и доставили все по нужным адресам. Напоследок пришлось пригрозить отменой всех договоренностей, если люди Рахула все растащат, а не перевезут. Это гарантировало, что хотя бы половина попадет по требованию.
Следующая встреча походила на самой окраине Каменного Города в сквере, разбитом в честь победы над Датхосом. Место имело дурную репутацию. Здесь находился самый первый провал в Не-Город. Его часто называли Прудом Самоубийц.
Роберт и его собеседник стояли в тени огромного дуба, скрываемые от посторонних глаз высоким густым кустарником у единственной проходящей рядом тропинки.
— Мара. Мара Таш, — повторил посол.
— Я никогда не слышал о ней, мессер Стригидай. Вы уверены?
— Чистокровная успонка, даже не полукровка, Нару.