Роберт было ответил, что если надо, то не только прокусят, но съедят вместе с костями… но провалился в сон.
Ему снился кошмар. Сенторицы пожирали северян. Враги убивали всех на родных улицах, потрошили и готовили из мяса вертийцев различные блюда, раздавая их бесплатно нищим и мусорщикам, подавая на стол в домах аристократов и самому Императору. Роберт осознавал, что это всего лишь сновидение. И ужасней всего было то, что из-за собственного голода он скоро будет готов бросится на жаркое из северянина наяву. Желудок свело болезненным спазмом.
Со стороны двери раздавались глухие удары и скрежет, сменяясь тихими шлепками. Беспорядочные звуки мешали полноценному отдыху.
Роберт то и дело просыпался, тер красные глаза и обшаривал взглядом помещение в поисках прорвавшихся к ним гвардейцев. Толком не выспавшись, он не двигался и парил между сновидением и явью. Утомленный разум желал забыться, но тревога не позволяла глубоко нырнуть в негу спокойствия.
Чей-то жалобный стон окатил страхом с ног до головы, заставив окончательно проснуться. Роберт не сразу понял, что его так испугало. Застонали вновь. Это был тот самый душераздирающий звук, на который способен только умирающий.
Он встал и подошел к Артуру, который метался в лихорадке. Обескровленное лицо такое серое, словно из мрамора. И такое же холодное. Осторожно приподняв голову раненого, Роберт неторопливо напоил его, отрешенно глядя на стекающие по синеватым потрескавшимся губам капли. Смерть от жажды им не грозит, но голод вскоре возьмет свое.
Воды было достаточно, благодаря фонтанам-ручейкам, которые брали начало в стене, водопадиками сбегая вниз из круглых чаш-ракушек, обегая по краю круглого зала и сливаясь в единый поток, уходящий вниз, в пол. Журчание приятно успокаивало и освежало сухой южный воздух.
Солнце припекало, окрашивая помещение в яркие цвета сквозь витраж купола. По полу и стеллажам танцевали и извивались синие и оранжевые лучи. Дразнящие и жаркие. Назойливые, как мухи весной. Глупые, сонные, медлительные.
Роберт насчитал девять этажей. Девять этажей сокровищ и тайн. Книги, образцы и оборудование на любой вкус. Огромное количество магических и обычных механизмов было аккуратно рассортировано, подписано и расставлено в витринах. Здесь можно провести всю жизнь. Ее хотелось тут провести.
Он подошел к рядом с массивным столом, который, видимо, был основным рабочим для Императора. Хватая наугад одну книгу за другой, он бегло просматривал их в поисках чего-то похожего на дневник и возвращал на место. Личных записей не было, только описания магических опытов и исследований.
Роберт уже хотел вернуться к облюбованному им креслу, как рядом что-то прошуршало и…надрывно пискнуло.
— Зандр. Зандр, проснись.
— Что такое?! — промычал тот сквозь сон.
— Тут крысы!
— Подумаешь. Их тут полчища, — сказав это чуть не плача, Магистр свернулся клубочком в кресле, изогнув свое длинное тело немыслимым образом. — Если боишься, залезь на стол к Артуру. Там достаточно высоко.
— Зандр…
— Отстань, пока я не заставил… — буркнул он в свой локоть, не желая покидать нагретое место.
— Вставай! — рявкнул Роберт, ткнув тростью в мягкий уязвимый бок.
— Да что тебе от меня надо?!
— Сам посмотри, — он указал в направлении Императора.
— Что это?!
Возле Дейона в ряд лежал по меньшей мере десяток сереньких шерстяных комочков. Трупики крыс были разложены так, ровно, словно их выкладывали по линейке.
Зандр засуетился, вытаскивая маятник, и начал осторожно подбираться к креслу, на котором грудой бело-золотого тряпья лежал Людоед. А сверху на нем примостился урчащий розовый ком, недовольно таращившийся огромными зелеными глазищами.
— Ну, и харя, — скривился он. — Как он тебя приманил? На кошек магия не действует.
Как только Магистр сделал еще пару шагов, лысая тварь, противно мяукнув, спрыгнула и забилась под кресло. Он схватил оказавшийся неподалеку ветхий посох, старше самого Запретного Города, встал на карачки и попытался им выгнать ее из укрытия. Но она перехитрила человека, выскочив с другой стороны, и скрылась где-то наверху, наградив его напоследок глубокой царапиной.
— Сбежала страхолюдина, — недовольно протянул Зандр, потирая кровавую полоску на руке, глянул на трупики грызунов и ткнул в один посохом. — Всесвет, хоть бы никто не узнал…
— Я не имею привычки распускать язык, — хмыкнул Роберт, поднимая крысу за длинный розовый хвост.
***
— Фу, чем так воняет? — сморщила нос Кира и потянулась, разминая затёкшие конечности.