И никто не церемонился. Ни с северянами, ни с представителями покоренных народов, ни даже с сенторийцами.
Релдон полулежал в своем кабинете, стараясь не нагружать раненую ногу. Акцил разрисовал ее обезболивающими знаками, поэтому боль слегка отступила. На полное выздоровление нужна хотя бы пара дней покоя, которых у него в запасе не было.
— Выяснили, что было в заказе от кузнеца Тома? — спросил он вернувшегося с очередным докладом Келтона.
— Пастушьи свистки, экселант Вим. Но затем их доставили Черным Поварам. Командант Мидс уже разбирается с их верхушкой.
Прокуратор мысленно выругался. Надо было сразу покончить с этой бандой. Еще одно упущение.
— Зачем им свистки в таком количестве?
— Они мало что помнят, так как действовали под гипнозом. Но все свистки они раздали нищим и бродягам.
— А украденные со склада фейерверки для сегодняшней ночи?
— Какую-то часть нашли в Доме с Кукушкой. Где остальное, пытаемся установить. Все виновные солдаты, спекулировавшие запасами, приговорены к смерти. Но это еще не все. В логове Поваров в большом чане обнаружены следы гашеной извести. И я не знаю, для какой магии это нужно. А вы?
— Доставьте образцы в Главную Лабораторию Запретного Города. Пусть Мидс этим тоже займется.
Проверка подтвердила, что это остатки обыкновенной гашеной водой извести. Зачем она шайке бандитов или вертийцам, Релдон не догадывался, а повторный допрос всех задействованных лиц ничего не дал. Половина из них с пустотой в глазах сидела без движения в переполненных камерах. Вскоре для задержанных не осталось места в темницах, поэтому командант распорядился вывозить в Нижний Город тех, кого стерли.
— И главное, экселант Вим. Башни были взорваны при помощи пороха, а потом случился провал. Или одновременно.
— Что за бред, Драх?! Вы уверены? — в голосе прокуратора проскользнуло неподдельное волнение.
Опилки, порох и фейерверк — это даже звучало угрожающе.
— Все пробы это подтвердили, экселант Вим.
— Как они смогли достать столько селитры и серы?
— Герцог Тонгил хорошо разбирается в таких вещах. Артиллерия — его самое сильное место.
— Но как он смог пронести нужное количество пороха в Запретный Город и заложить незаметно? — спросил Свен и почесал взмокший лоб.
— Башни давно пустуют, экселант Грис, — сказал Ингер, в этот раз присоединившийся к своему заместителю. — Дозор обходит их только снаружи. А порох они оформили как поставку для гвардии. Я лично принял бочонки, но не придал этому значения, ведь перед отъездом поступил приказ от экселанта Суга возместить запасы, которые были взяты из Запретного Города на нужды армии.
— А почему Сциор не взял необходимое количество с военных складов? Там же пороха предостаточно, — недоумевал Свен.
— Его и оттуда весь забрали, экселант Грис.
В кабинете повисло тяжелое молчание.
— Но зачем ему столько? — с неподдельным изумлением озвучил толстяк общую мысль.
— По-моему, это очевидно, — мрачно ответил Релдон и встал с кушетки. — Я предоставляю Мидсу чрезвычайные полномочия. Пусть перетрясет всю столицу до возврщения Суга и найдет Роктава. Нам нужно все спихнуть на вертийцев. Мидс, это приказ и назначение.
Релдон дохромал до стола и достал особый темпораль из золота. Амулет-знак в виде головы дракона позволял владельцу от имени Императора действовать на любое свое усмотрение, даже обходя законы и правила. Печать Вседозволенности, как называл ее Релдон. Теперь командант будет по статусу почти равен прокуратору.
— А вы, Драх, приступайте немедленно. Чтобы к утру Баз был как можно дальше от Запретного Города.
— А что прикажете делать с экселантом Миггом?
— Это уже не ваша забота.
— Где сейчас Кассель? — как только Келтон и Ингер вышли, поинтересовался Свен.
— Там, где его больше никто не найдет.
Глава 40 - Круг предателей
Противник с трудом увернулся и зарычал от бессильной ярости, а через мгновение рухнул на землю, сраженный одним мощным ударом в висок. После такого он, вряд ли, когда-либо встанет.
Очередной соперник не заставил себя долго жать. Здоровяк со сломанным носом решил атаковать с разбегу, полагаясь на грубую силу.
Тонкие губы Сциора растянулись в улыбке, совершенно исчезнув, делая его рот похожим на кривой разрез. Он всегда так улыбался на поле боя. И противнику это не сулило ничего хорошего. Мощные кулаки Главного Прокуратора сжались и врезались в человеческую плоть.
Рассыпавшиеся зубы. Брызги крови. И мучительные стоны, прерванные ударом колена по шее.