Удивительно, Дейон полз, но не сдавался до самой ночи.
— Какой же он упорный, я бы тебя убил, — удивился Роберт. — А он спит без задних ног!
— Я между прочим тоже хочу, — сонным голосом пробубнил Зандр.
— Надо было прокураторам заставлять Дейона трудиться, как ты, или бегать, а не носить на носилках.
— Они использовали травмы как ограничитель. Это действует безотказно, в отличие от физических упражнений и внешних факторов. Его тело привыкает к воде, скоро привыкнет и к нагрузкам. Надеюсь, к тому моменту я придумаю что-нибудь еще.
— Почему?
— Ты же не отстанешь? — прорычал он в ответ, но продолжил, хоть и недовольно. — Вся материя, живая и не живая, состоит из «сжатых» колебаний. Все в мире вибрирует, даже если это недоступно нашим чувствам. Каждый камень, каждое живое существо, воздух и свет — все имеет определенную гармонию. Полученные волны приводят объект воздействия в резонанс. Например, если мы поставим рядом два камертона и ударим по одному из них, то второй откликнется на внешнюю силу и тоже начнет вибрировать. Но если объект будет в движении, то оно может компенсировать переданные ему колебания. В теле человека вибрацию можно стабилизировать напряжением или сокращением определенных мышц. Так что я просто избавил Дейона от лишней физической энергии, которая приводит его к внутреннему диссонансу. У него не осталось сил, как и у меня, поэтому давай спать.
Вскоре, почувствовав приближение приступа или усиления вибрации Дейон сам стремился к воде.
— Можно туда? — спросил он во время привала.
— Да, иди конечно, — изумился Зандр в который раз, так как не привык, чтобы у него постоянно просили разрешения. — Только спрашивать лучше нормально, чтобы тренировать связки.
— Мо…на т…да? — частично глотая гласные, проговорил Император, не причинив никакого вреда тем, кто его слышал.
Он оказался неимоверно любознательным, старательным и при этом удивительно покладистым. Детская жажда исследования незнакомого мира в сочетании с абсолютным послушанием. Самое невероятное сочетание для всемогущего Императора-божества.
Неуклюже потопав к песчаному берегу, он остановился и присел, разглядывая, что-то в воде. Солнце продолжало днем немного беспокоить, но только когда было очень ярко. Вот и сейчас блики солнца играли на поверхности.
Резко прекратив созерцание, парень зачерпнул воду и жадно начал пить, не обращая внимания, что она проливается на одежду. Координация у него была ужасной. Сказывались ограничения в движении. Руками он еще не очень хорошо владел, не имея возможности ими управлять долгое время, и теперь наверстывая упущенное. Любое увечье ослабляет мага, тем более, когда травмированы руки, поэтому пальцы ему ампутировали с завидным постоянством.
Дейон замер. Такие резкие перемены в нем происходили часто. Словно думать и двигаться одновременно он не умеет. Зандр забеспокоился и приблизился. Император оттаял и опустил руку, что-то доставая из воды.
— Дейон, что там такое?
Он развернулся и показал. Мокрая пчела дергает крылышками на ладони.
Роберту стало интересно, и он тоже подошел. Дейон протянул насекомое, словно предлагая дар и нахмурился.
— Это кто?
— Это пчела, — Роберт непроизвольно улыбнулся.
— Мед? — с кошмарной дикцией из-за непослушных губ и языка произнес Император.
— Да. Пчелы дают…стой! Не надо ее есть! — посол аж подпрыгнул, так как он почти положил насекомое в рот.
— Пчел не едят, а мед они делают в ульях — своих пчелиных домах, которые специально выстраивают на деревьях, — Роберт поспешил объяснить неразумному большому ребенку, что к чему.
— Пускай бы ел. Всяко же лучше, чем корешки да ягоды без конца, — с усмешкой проговорил Зандр.
— Она бы его ужалила, — старик разозлился. Он вообще постоянно защищал Дейона, словно тот был его собственным, пусть и недоразвитым, но любимым ребенком.
— Он все равно набьет себе все возможные шишки. Ты не можешь опекать его как наседка.
— C кем я спорю. У тебя нет совести. Он же не знает ничего, так как всю жизнь провел в изоляции.
Пока Дейон переводил взгляд с одного на другого, не зная, что делать дальше, пчела высохла и взлетела. Он проводил ее взглядом и снова уткнулся в воду, высматривая новую добычу, пока его спутники заканчивали с приготовлением стоянки.
Мужчины продолжали беззлобно препираться, а Император был поглощен знакомством с обитателями лесного озера. Послышался плеск, и оба снова обратили внимание на парня, который возился в воде, пытаясь что-то поймать, и был уже весь мокрый с ног до головы.