Мой телефон звонит снова. Макар.
Я отвечаю.
— Привет, — его голос тихий.
— Привет, — мой голос звучит чуждо.
— Ты в порядке?
Я смеюсь.
— Да. Просто Ева позвонила.
Пауза. Долгая.
— Что она сказала?
— Что ты её. Что я — твоя слабость. Что она тебя не отпустит.
Он выдыхает.
— Она врёт.
— А ты? — спрашиваю я. — Ты врёшь?
— Нет, — он отвечает сразу. — Я не вру. Я не её. И не твой. Но я… не могу забыть тебя, Кира.
Мое сердце бьётся так сильно, что я боюсь, он услышит.
— Что ты хочешь от меня, Макар?
— Я не знаю, — говорит он. — Я просто знаю, что не могу жить так, как раньше. Не могу притворяться, что ты мне безразлична.
Я закрываю глаза.
— Тогда что ты предлагаешь?
— Встретиться, — говорит он. — Поговорить. Без войны. Без ненависти.
Я смеюсь.
— Мы не умеем без войны.
— Тогда научимся, — его голос твёрд. — Я устал воевать, Кира. А ты?
Я молчу. Потому что знаю: если скажу "да", всё изменится. Если скажу "нет" — всё останется так же. И оба варианта пугают меня до смерти.
— Я подумаю, — наконец говорю я.
— Хорошо, —отвечает он. — Но не думай слишком долго.
Я кладу трубку. И остаюсь одна. С мыслями. Со страхом. С надеждой, которую не могу убить.
Одеваюсь. Беру ключи. Выхожу из квартиры. Мне нужно увидеть его. Сейчас. До того, как я передумаю.
Я сажусь в машину, включаю двигатель. Руки на руле дрожат. Я еду по городу, не видя дорогу. В голове — только он.
Я останавливаюсь у его дома. Поднимаюсь на лифте. Стою перед его дверью. Дыхание сбивается.
Звоню.
Дверь открывается.
Он стоит передо мной. В джинсах и рубашке с закатанными рукавами. Его глаза — тёмные, усталые, но в них — надежда.
— Ты пришла, — говорит он.
— Да, — отвечаю я.
Он отступает, давая мне войти. Я переступаю порог. И знаю: возврата уже нет.
Мы сидим на диване. Между нами — пространство, которое кажется километрами. Но мы оба знаем: достаточно одного движения, и оно исчезнет.
— Почему ты здесь, Кира? — спрашивает он.
— Потому что я тоже устала воевать, — говорю я. — Потому что я не могу забыть тебя. И это меня убивает.
Он смотрит на меня. В его глазах — боль. И что-то ещё. Надежда.
— Я не знаю, что делать, — говорит он. — Я не знаю, как быть с тобой. Как не разрушить тебя. Как не разрушить себя.
— Тогда давай разрушимся вместе, — говорю я. — Потому что я не могу жить так, как раньше. Не могу делать вид, что ты мне безразличен.
Он закрывает глаза. Потом открывает. И делает то, чего я ждала. То, чего боялась.
Он подходит ко мне. Берёт моё лицо в руки. И целует.
Это не нежный поцелуй. Это не романтический поцелуй. Это — война. Это — сдача. Это — всё, что мы не могли сказать словами.
Я отвечаю. Мои руки обхватывают его шею. Я притягиваю его ближе, потому что знаю: если отпущу, он исчезнет. И я не могу этого допустить.
Мы падаем на диван. Его руки — на моей спине, в волосах, на бёдрах. Мои — на его груди, на его лице, в его волосах. Мы дышим друг на друга. Мы живём друг в друге.
И в этот момент я знаю: я проиграла войну. Но выиграла его.
Но потом он останавливается.
— Кира, — его голос хриплый. — Мы не можем.
Я открываю глаза. Смотрю на него.
— Почему?
— Потому что это не решит ничего, — говорит он. — Мы просто… отложим боль. А она вернётся. И будет сильнее.
Я отстраняюсь. Сердце бьётся так, будто хочет вырваться из груди.
— Тогда что ты предлагаешь? — спрашиваю я. — Вечно мучиться? Вечно хотеть и не иметь?
— Я не знаю, — говорит он. — Но я знаю, что не хочу тебя терять. Не хочу, чтобы ты ненавидела меня.
— Я не ненавижу тебя, — говорю я. — Я не могу без тебя. И это меня пугает больше всего.
Он смотрит на меня. В его глазах — всё, что он не может сказать. Всё, что боится признать.
— Я тоже боюсь, — говорит он.
Мы сидим в тишине. Между нами — правда. Горькая. Страшная. Неизбежная.
— Останься, — говорит он, наконец.
Я смотрю на него.
— На ночь?
— Навсегда, — отвечает он.
Мое сердце останавливается.
— Макар…
— Я знаю, — он прерывает меня. — Я знаю, что это безумие. Что мы не умеем быть вместе. Но я хочу попробовать. Я хочу научиться.
Я смотрю на него. На его глаза, полные надежды. На его руки, которые только что держали меня. На его губы, которые только что целовали меня.
И я знаю: я не могу сказать нет.
— Хорошо, — шепчу я.
Он улыбается. Эта улыбка — редкая. Почти счастливая. И она меня разрушает.
Мы ложимся спать. Он обнимает меня. Я прижимаюсь к нему. И впервые за долгое время чувствую себя в безопасности.
Но сон не приходит. Потому что я знаю: это не конец. Это только начало. И оно будет трудным.