Сажусь в машину. Руки дрожат, когда вставляю ключ в замок зажигания. Еду домой, превышая скорость, проскакивая на жёлтый. Всю дорогу смотрю в зеркало заднего вида — вдруг за мной следят? Вдруг та машина? Или та?
«Прекрати. Успокойся. Ты превращаешься в параноика».
Но я не могу. Не могу перестать оглядываться. Он сделал это. Залез в мою голову. Посеял семена сомнений и страха.
Дома, наконец. Родные стены. Мой форт. Захожу, закрываюсь на все замки — основной, цепочку, засов. Проверяю окна. Задёргиваю все шторы.
Иду на кухню. Наливаю воды. Выпиваю залпом. Руки всё ещё дрожат.
Возвращаюсь в гостиную. Включаю ноутбук. Жду, пока загрузится — каждая секунда тянется вечность. Вставляю флешку. Щелчок. Система распознаёт устройство.
Открываю папки. Файлы. Документы. Просматриваю — счета на миллионы, договоры с сомнительными компаниями, переписка, где читается между строк. Схемы движения денег. Офшоры. Подставные фирмы.
Всё здесь. Вся грязь. Все скелеты из шкафа Макара Вересова. Всё, что нужно, чтобы его уничтожить. Разнести его мир в щепки.
Курсор зависает над кнопкой Enter, чтобы отправить документы в налоговую. Один клик. Всего один чёртов клик.
Но почему-то рука не поднимается. Палец парит над тачпадом. Не опускается. Почему-то сердце колотится так, будто я стою на краю пропасти, смотрю вниз, а там бездна, которая смотрит в ответ.
«Сделай это. Он заслужил. Он первый начал эту войну. Он разрушил твою жизнь. Перекупил инвестора. Унизил тебя. Следит за тобой, как за преступницей».
Но что-то внутри меня сопротивляется. Что-то тихое, но упрямое. Что-то шепчет: «Если ты это сделаешь, пути назад уже не будет. Это война до конца. До полного уничтожения. Либо ты его, либо он тебя. Третьего не дано».
Я готова к этому? К войне без правил? К тому, чтобы стать такой же, как он?
Не знаю. Господи, я не знаю.
Закрываю ноутбук. Резко. Крышка захлопывается с щелчком. Встаю. Хожу по комнате. Из угла в угол. Как зверь в клетке.
Падаю, наконец, на диван. Смотрю в потолок. Белый. Пустой. Безразличный к моим метаниям.
Ненависть заполняет меня целиком, не оставляя места для воздуха, для разума, для сомнений. Горячая, вязкая, всепоглощающая ненависть. Она душит. Она жжёт. Она требует выхода, действия, крови.
Этот человек станет моим проклятием.
Или я стану его.
«Дорогие читатели! Погрузились в историю "Западня для сердца" и не можете оторваться? Тогда дайте знать, что она вам нравится, ведь ваша оценка вдохновляет меня, как автора продолжать писать! Обязательно добавьте книгу в свою библиотеку, чтобы не потерять, и подпишитесь — так вы первыми узнаете о продолжении и моих новых произведениях! А если история задела вас за живое, то сделайте репост в соцсетях — пусть друзья тоже погрузятся в этот мир эмоций, интриг и страсти! Ваша поддержка — это самое лучшее топливо для моего творчества! Спасибо, что вы здесь со мной!»
Глава 3. Ответный удар
Конец лета обманчив. На улице всё ещё жарко, асфальт хотя и не плавится под ногами, но по вечерам уже чувствуется это предательское дыхание осени — холодное, настойчивое, напоминающее, что ничто не вечно. Даже жара. Даже надежды.
Десять дней. Я провела десять гребаных дней, копаясь в прошлом Макара Вересова, как крыса в помойке. И знаете что? Я нашла. Нашла то, что искала. Грязь, которая прилипла к его безупречному костюму и дорогим часам. Компромат.
Его бывший партнёр. Денис Крылов.
Я сижу за компьютером, смотрю на найденную информацию, и в груди разливается что-то горячее. Месть? Торжество? Или просто адреналин от предвкушения того, как я сейчас разнесу его чёртову жизнь в щепки?
Денис Крылов. Тот самый, которого Макар уничтожил два года назад. Раздавил как таракана. Стёр в порошок. Разрушил карьеру, репутацию, будущее — одним движением. Партнёр предал его, спутался с его невестой Евой, пытался провернуть сделку за спиной Макара. И получил сполна.
Сейчас Денис по слухам где-то в Сибири. Пытается начать заново. Пытается склеить осколки жизни, которую Вересов превратил в пыль. И он всё ещё злится. Господи, как же он злится. Я чувствую это даже через экран телефона, когда набираю его номер.
— Алло? — голос настороженный, усталый.
— Денис Крылов?
— Кто спрашивает?
— Кира Ростовцева. Вы меня не знаете, но у нас с вами есть кое-что общее.
Пауза. Я слышу, как он дышит.
— Макар Вересов, — добавляю я тихо.
Ещё одна пауза. Потом смешок — короткий, злой.
— Так вот оно что. Я слышал о вас. Вы та самая, кто пытается с ним воевать.
— Не пытаюсь, а воюю.
— И как успехи?
— Зависит от того, поможете вы мне или нет.