Время тянется. Растягивается. Искажается.
Минуты превращаются в часы. Или наоборот? Хрен поймёшь, когда твоё восприятие реальности искажено до неузнаваемости, как отражение в кривом зеркале.
Солнце садится за окном. Комната погружается в полумрак. Свет я не включаю. Сижу. Смотрю на телефон. Как на бомбу с часовым механизмом.
Проходит час.
Полтора.
Два.
Молчание.
Он получил письмо? Прочитал? Или выбросил, даже не вскрывая конверт, как ненужную рекламную листовку?
— Да позвони ты уже, придурок, — шепчу я в темноту, сильно сжимая телефон. — Скажи хоть что-нибудь. Скажи хоть "иди к чёрту". Скажи хоть "заткнись и оставь меня в покое". Только не молчи. Пожалуйста, только не молчи.
Но он молчит.
И это молчание — оно хуже любых слов. Хуже любых оскорблений. Хуже любой боли.
Потому что молчание — это не ответ. Это отсутствие ответа. Это пустота. Это чёрная дыра, которая засасывает меня всё глубже, и я не знаю, смогу ли я когда-нибудь оттуда выбраться.
Наступает ночь. Я ложусь на диван. Не раздеваюсь. Не переодеваюсь. Просто падаю на подушки, как подкошенная. Телефон всё ещё в руке. Экран светится в темноте, как маяк. Как последний шанс. Как обманчивая надежда.
Закрываю глаза.
Пытаюсь уснуть.
Не получается.
В голове крутятся одни и те же мысли, как проклятая карусель, которая не может остановиться:
Что если он не ответит?
Что если всё, что я написала — зря?
Что если я просто выставила себя последней дурой, которая верит в сказки?
Что если он прочитает и просто выбросит письмо в мусорку, как ненужный хлам?
Что если он смеётся над моей слабостью?
Что если он покажет письмо Еве, и они будут смеяться вместе?
Открываю глаза.
Темнота.
Тишина.
Телефон молчит.
Встаю. Иду к окну. Отодвигаю шторы. Смотрю на ночной город. Огни в окнах. Машины внизу, как светлячки, спешащие куда-то. Жизнь продолжается. У всех. Кроме меня.
Я застываю.
В ожидании.
В надежде.
В страхе.
Сердце бьётся так, что я боюсь, оно разорвётся. Каждый удар — как молоток по рёбрам. Бум. Бум. Бум. Как отсчёт времени. Как обратный отсчёт до взрыва.
— Макар, — шепчу я в стекло, и мой голос звучит чуждо в пустой комнате. — Ну, ответь. Пожалуйста. Скажи хоть слово. Скажи хоть "нет". Скажи хоть "уходи и не возвращайся". Только не оставляй меня в этом чёртовом молчании. Не оставляй меня одну с моими мыслями. С моей болью. С моей надеждой, которая медленно умирает, как раненый зверь.
Но ответа нет.
И с каждой минутой молчания становится всё тяжелее дышать. Как будто кто-то медленно, методично выжимает из меня воздух. Как будто я тону. Как будто я уже мертва, но ещё не осознала этого.
Утром просыпаюсь от того, что телефон вибрирует на груди. Резко сажусь. Сердце подпрыгивает к горлу. Наконец-то. Наконец-то он ответил. Наконец-то он...
Смотрю на экран.
Сообщение от Дарьи: "Кира, ты жива? Отзовись, пожалуйста. Я волнуюсь".
Разочарование обрушивается на меня, как волна. Я падаю обратно на подушки. Закрываю глаза. Хочется плакать. Но слёз нет. Только пустота. Только боль. Только это чёртово ожидание, которое сводит меня с ума.
Отвечаю Дарье: "Жива. Просто не спала".
Она звонит почти сразу.
— Кира, что происходит? — её голос полон тревоги. — Ты не отвечаешь на сообщения. Не берёшь трубку. Я думала, ты...
— Я в порядке, — перебиваю я. Ложь. Но что ещё сказать? "Дарья, я сошла с ума. Я написала ему письмо. И теперь, как идиотка сижу и жду ответа. Как будто от этого зависит моя жизнь".
— Ты врёшь, — говорит она. Дарья всегда знает. — Что случилось?
— Ничего, — вру я. — Просто... плохо спала.
— Кира.
— Дарья, — отвечаю я, и мой голос звучит устало. — Пожалуйста. Не сейчас.
Она молчит. Потом вздыхает.
— Хорошо. Но если что — я рядом. В любое время. День. Ночь. Не важно.
— Знаю, — шепчу я. — Спасибо.
Она вешает трубку. Я остаюсь одна. С телефоном. С молчанием. С этой чёртовой надеждой, которая медленно разрывает меня на части.
Я встаю. Иду на кухню. Включаю кофеварку. Стою. Смотрю, как чёрная жидкость медленно капает в чашку. Как моя жизнь медленно утекает сквозь пальцы. Капля за каплей. Секунда за секундой.
Пью кофе. Чёрный. Горький. Крепкий. Как моя реальность.
Проходит ещё час. Потом ещё один. Потом весь день.
Я опять сижу в темноте и смотрю на телефон. Экран гаснет, я его включаю снова. Пусто. Ни звонков, ни сообщений. Ничего.
— Ну конечно, — усмехаюсь я. — А чего ты ждала, дура? Что он сразу примчится? Упадёт на колени? Признается в любви?
Внутренний голос злорадствует: