Хочу отказаться. Хочу уйти домой, закрыться в квартире и разобраться в собственных чувствах. Понять, почему присутствие Макара в зале выбило меня из колеи. Почему его взгляд на Глеба вызвал у меня странное удовлетворение.
Но вместо этого киваю:
— Хорошо. Давай пообедаем.
Ресторан действительно новый. Панорамные окна с видом на реку Серебрянку, столики с белоснежными скатертями, приглушённый свет. Официанты не слышны, двигаются как призраки.
Сидим у окна. Глеб заказывает вино — белое, полусухое, моё любимое. Помнит.
— Так рассказывай, — говорит он, когда официант приносит бокалы. — Как ты? Как агентство? Как жизнь?
— Агентство растёт, — отвечаю я осторожно. — Клиентов больше. Проекты интересные. Команда сильная.
— А личная жизнь?
Прямой вопрос. Типично для Глеба — он всегда был честным до неловкости.
— Сложно, — признаюсь я. — В смысле, нет личной жизни. Работа поглощает.
— И этот... Вересов? — в его голосе слышится что-то острое. — Он действительно просто конкурент?
Я смотрю в бокал, прокручивая в голове возможные ответы.
Да, просто конкурент, который разрушил мою сделку.
Просто конкурент, который пришёл ко мне домой ночью.
Просто конкурент, о котором я не могу перестать думать, хотя ненавижу его всеми фибрами души.
— Просто конкурент, — говорю я вслух. — Мы... не ладим.
— Я видел, как он на тебя смотрел, — Глеб наклоняется ближе. — И как ты на него. Кир, я знаю тебя с университета. Ты смотришь на него не так, как смотрят на конкурентов.
Внутри всё сжимается.
— Ты ошибаешься.
— Правда? — он берёт мою руку, сжимает осторожно. — Тогда почему ты напряглась, когда я обнял тебя? Почему смотрела ему вслед, когда он уходил?
— Глеб, я...
— Я не упрекаю, — перебивает он мягко. — Просто хочу понять. Я вернулся сюда ради тебя, Кир. Ради нас. Но если есть кто-то другой...
— Нет никого другого, — говорю я резко. Слишком резко. — Вересов — ублюдок, который пытается уничтожить мой бизнес. Вот и всё.
Глеб смотрит на меня внимательно, но не спорит. Отпускает мою руку, откидывается на спинку стула.
— Хорошо. Тогда у меня есть предложение.
— Какое?
— Давай попробуем снова. Не спеша. Встречаться. Узнавать друг друга заново. Может, мы оба изменились за три года. Может, у нас теперь больше шансов.
Хочу сказать нет. Хочу сказать, что это плохая идея. Что нельзя вернуться в прошлое.
Но вместо этого...
Но вместо этого слышу собственный голос:
— Хорошо. Давай попробуем.
Глеб улыбается — широко, искренне, счастливо. Берёт мою руку снова, целует костяшки пальцев.
— Ты не пожалеешь, Кир. Обещаю.
А я смотрю в окно на серую реку и думаю: «Уже пожалела».
Что я делаю? Зачем я согласилась? Чтобы доказать Макару Вересову, что он мне безразличен? Чтобы доказать самой себе? Или просто потому, что устала быть одна?
Господи, какая же я дура.
Выходим из ресторана через час. Глеб провожает до машины, снова целует руку на прощание.
— Завтра увидимся? — спрашивает он. — Может, кино? Или просто прогуляемся?
— Позвони мне, — уклончиво отвечаю я. — Посмотрим по работе.
Он кивает, не настаивая. Всегда был тактичным. Никогда не давил. Полная противоположность...
Трясу головой, прогоняя мысли. Сажусь в свой Ауди, завожу мотор. Включаю музыку погромче, чтобы заглушить голос в голове, который нашёптывает гадости.
Ты используешь Глеба.
Ты играешь с ним, чтобы задеть Вересова.
Ты хуже, чем думала.
Еду по городу, не замечая дороги. Мысли скачут хаотично, как осколки разбитого зеркала. Форум. Макар в третьем ряду. Его взгляд. Глеб с розами. Рука на моей талии. Напряжённая челюсть Макара.
Почему мне было приятно видеть его реакцию? Почему я хотела, чтобы он ревновал?
Останавливаюсь на красный свет. Барабаню пальцами по рулю. За окном серое небо затягивается тучами — похоже, будет дождь.
Телефон вибрирует. СМС.
Хватаю его, думая, что это Глеб. Но нет.
Макар Вересов.
Сердце подскакивает к горлу. Открываю сообщение.
«Соколовский, значит. Интересный выбор, Ростовцева. Безопасный. Скучный. Идеально для тебя».
Ярость внутри вспыхивает мгновенно.
Какого чёрта? Какое его вообще дело, с кем я? Он со своей Евой небось счастлив. А мне указывает?
Пишу ответ, не думая:
«Мои отношения — не твоё дело, Вересов. Займись своими».
Ответ приходит через секунды:
«Твои "отношения" меня развлекают. Особенно то, как ты смотрела на меня, пока он тебя обнимал».
Меня трясёт от злости.
«Ты всё выдумал. Я смотрела на тебя так же, как на надоедливую муху».