Впрочем, это всё и без Морфеуса было ясно. Только теперь девочки, наконец, узнали от него, что спрей, которым они так тщательно обработали платья изнутри, это никакая не смазка. Они узнали, что это новейший медицинский клей для заклеивания порезов и приклеивания донорской кожи при ожогах. Если бы они не поленились, и сразу прочитали и перевели текст на баллончике, могли бы узнать об этом заранее.
"Говорила мне мама, учи лучше английский язык!" - буркнула Люба.
Морфеус с удовольствием сообщил подругам, что этот клей после высыхания невозможно ничем растворить, но зато через неделю он сам собой рассосется и, тогда платья легко снимутся.
-"Бросьте, не обижайтесь на мою небольшую новогоднюю шуточку!". "Ничего себе шуточка!" - невольно пробормотала Наташа - "Вот мой папа и моя мама её оценят-то, ежели узнают!"
-"Я вам сразу написал, что неделю меня вспоминать будете! Я был прав? А теперь, пока латекс приклеен и не снимается, советую вам веселиться и не расстраиваться по таким пустякам. Как новый год встретите, таким он весь у вас и будет!"
-"Это что же, получается, мы весь год теперь в резине будем ходить?" - невольно подумала Наталья, прочитав эти строки. "Хотя, - ещё немного подумав, решила она - возможно, это не так уж и страшно". Наташе уже определённо нравилось ощущать на своём теле гладкий нежный латекс. Про Любу и вовсе не стоило говорить, та просто тихо млела в своём розовом платьице.
-"Знаете что, морковки резиновые? Вы только не режьте латекс, это вам ничего не даст, только ещё поранитесь нечаянно и платья испортите. А вот если платья в целости через неделю снимете, я вам ещё по одному латексному наряду подарю. Притом, вы сами выберете себе любые - из моей коллекции. И на сей раз, они будут без всякого клея, честное слово! Ладно, до связи!" - Морфеус, как обычно, внезапно покинул чат.
Платье из латекса Наташе, несмотря на возникшие проблемы, а может как раз благодаря их наличию, нравилось всё больше, а Люба и вовсе от объятий латекса в блаженном трансе пребывала, так что получить по одному платью навыбор показалось подругам очень неплохой идеей. Да и надетые сию минуту на них им останутся. Итого, по два платья за неделю, проведённую в латексе. Вполне справедливо, если подумать. То, что резина приклеилась к их коже не на всю жизнь, как с перепуга думали поначалу подруги, а всего на неделю, тоже утешало.
"Ну что такое неделя по сравнению со всей жизнью? Так, пустяк, мгновенье!" - с деланным весельем заметила Наталья.
"Ага! Только как провести неделю в резиновом платье, чтобы вокруг тебя никто этого не заметил? Скрипит этот латекс при каждом движении, как не знаю что! Да и жарко в этой самой резине, притом уже сейчас, после пары часов её ношения! Ты хоть представляешь, Натаха, что будет дальше?" - возразила Люба. Сама-то она уже более-менее отчётливо себе представляла, каково им будет дальше, в этом она уже имела некоторый опыт, полученный ею в давешние две ночи, проведённые завернувшись медицинскую резиновую клеёнку. И Люба прекрасно понимала, что даже целая ночь, проведённая в резине, из которой можно при большом желании выбраться в любую секунду, это всё же совсем не то, что целая неделя в платье из латекса, которое невозможно снять даже при всём своём желании. От одной мысли об этом ей становилось жутковато. Но как раз именно эта жуть сразу и отзывалась сладким щекочущим холодком в животе у Любы.
"Ладно, платья скрывают не всё тело, так что есть надежда, что выдержать неделю заключения в латексе будет не слишком мучительно. И потом, Морфеус говорил, что латекс немного пропускает воздух!" - успокоила себя мысленно Люба. Впрочем, если вдуматься, выбора у девушек всё равно ведь не было, им оставалось в любом случае только терпеть, поскольку латекс приклеился к их коже насмерть, и подруги в этом уже убедились. Надо было ещё суметь замаскировать резиновую поверхность на теле так, чтобы её не было заметно даже с близкого расстояния. Наташа ещё немного покопалась в своём шкафу с одеждой, прикидывая на себя то одно, то другое и, наконец, подобрав себе самый подходящий наряд, надела поверх своего резинового платья толстый свитер с высоким воротом и длинную черную кожаную юбку-годэ. Идея с юбкой из кожи оказалась особенно удачной, теперь скрип и шуршание резины, если не вслушиваться, можно было принять за звуки, издаваемые юбкой. Правда, покрытое резиной тело, стало непривычно скользким, и свитер, одетый навыпуск, при наклоне легко соскальзывал по гладкой резине платья к голове, обнажая Наташину затянутую черным латексом талию. Так что теперь Наташа опасалась резко наклоняться. Да ещё юбка всё время норовила сбиться набок, скользя по гладкой резине на бёдрах и талии.