"Ладно, сойдёт! Думаю, эта маскировка на первое время сгодится, если не маячить всё время перед родителями и не скрипеть этой резиной у них над самым ухом!" - сказала Наташа, осторожно покрутившись немного перед зеркалом. Подумав ещё немного, она поверх свитера затянула на талии широкий кожаный пояс.
"Во, теперь полный порядок!" - Наталья несколько раз резко крутанулась у зеркала и снова пару раз наклонилась. Действительно, свитер теперь не соскальзывал, юбка тоже оставалась более-менее на месте, и можно было почти не опасаться, что кто-нибудь нечаянно заметит обтягивающую её тело чёрную резину.
"А мне-то чего делать?" - Люба задумчиво обозревала свою одежду, в которой она пришла к подруге. Люба совершенно не представляла теперь, как ей всё это надеть.
"Надевай как-нибудь то, в чём пришла, и беги скорее домой, пока твои родители не пришли! Там придумаешь чего-нибудь!" - Наташа была совершенно уверена, что у подруги тоже найдётся что-то в гардеробе, подходящее для маскировки. У той такой твёрдой уверенности не было, но просить вещи у Натальи она стеснялась. Немного помучившись, Люба всё же надела, как смогла, свою одежду поверх пленённого резиной тела и помчалась домой, надеясь успеть до прихода родителей, собиравшихся после работы зайти к друзьям в гости. По опыту Люба знала, что в таких случаях родителей раньше часа ночи можно не ждать, но рисковать не хотелось, и она спешила. К счастью, подол ее розового платья был короткий и эластичный. Она смогла натянуть на себя джинсы, в которых пришла, хотя идти в них по улице оказалось не очень удобно из-за натянувшейся резины подола. Дома к Любиному облегчению, действительно никого ещё не было. Она спешно скрылась в свою комнатку и разделась. Помимо сопровождавшего каждое ее движение и казавшегося Любаше оглушительным, скрипа и шороха резины, яркое розовое платье явственно просвечивало через надетую на ней тонкую белую блузку, а проходящий вокруг шеи ремешок и вовсе предательски выглядывал из-под воротничка. К счастью у Любы тоже имелась теперь юбка из кожи, купленная на днях в сэконд-хэнде, в ней теперь и предстояло ходить всю неделю, чтобы тоже хоть немного маскировать издаваемый резиной шум. Впрочем, Люба в ближайшие дни большую часть времени рассчитывала находиться у подруги, тем паче, что у той родители улетали отдыхать за границу на все праздники. Тонкий плотный свитер-«бадлон» с высоким воротом довершил наряд, надежно спрятав под собой, и резиновый ремешок на ее шее и ярко-розовую резину платья, туго охватившую небольшой Любин бюст. Она ещё раз оглядела себя в зеркале и, удовлетворённая своим видом, легла на диван у телевизора. И даже попыталась его смотреть. Однако смотреть телевизионные передачи в этот вечер, по понятным причинам, у Любы получалось плохо. Её тело по-прежнему ощущало на себе спрятанную под одеждой резину платья, нежно стянувшую своей влажной поверхностью кожу, и это само по себе уже невольно будоражило и волновало девочку, ей сладостно было ощущать свой стан в упругом плену гладкой резины. К тому же у неё под юбкой при малейшем движении возникал лёгкий ветерок, всякий раз легонько овевая своим прохладным дуновением её обнажённую влажную киску, словно напоминая ей этим о сегодняшних любовных утехах с подругой. Да и свитер, скользя при малейшем движении по гладкому латексу, щекотал туго обтянутую резиновой пленкой грудь. Люба невольно всё время ёрзала и изгибалась, лёжа на диване напротив телевизора, чтобы усилить удовольствие, получаемое от стягивающего кожу латекса и прикосновения сквозь него одежды. Она поминутно просовывала руку под свитер и поглаживала своё затянутое в скользкий латекс тело. Похрустывание складочек платья, возникающих на резине при малейших изгибах тела, ей были очень приятны, тоже ежесекундно напоминая, что это именно платье из латекса, а не что-то другое, нежно сжимает своими влажными объятиями её кожу. Наконец она поняла, что больше не в силах выносить в бездействии получаемое ею наслаждение от стесняющей тело резины и, пройдя в ванну, скинула там с себя одежду, оставшись лишь в своей новой резиновой "коже". Она пошла туда из-за зеркала, уж больно хотелось снова посмотреть на себя. Люба уже и так была возбуждена, а вид собственной фигуры, гладко обтянутой блестящим розовым латексом, ещё более взбудоражил девочку. Едва увидев своё отражение в висящем в ванной большом зеркале, Люба ощутила новую щекочущую волну у себя в животе. Её киска моментально стала совершенно горячей и влажной. Люба, не спеша и с наслаждением, дополнила нынешний наряд своими любимыми розовыми резиновыми перчатками, которые не забыла захватить с собою из своей комнатки. Её возбуждение при этом возросло ещё больше. Затем девочка стала с медленно гладить свои обтянутые скользким латексом ягодицы, потом живот и грудь. Её руки в перчатках легко, как намыленные, заскользили по гладкой поверхности платья. Соски опять явственно проступили сквозь тонкую резину, словно приглашая их потрогать. Приглашение это было немедля с энтузиазмом принято их обладательницей. Все больше распаляясь, Люба ласкала свое тело сквозь тонкую резиновую пленку, легко представляя себе теперь, что это уже не собственные руки ласкают её тело, а Наташины. Она вспоминала затянутое в блестящий чёрный латекс гибкое сильное тело подруги, и от одного только этого воспоминания сразу же сладко сосало в животе. Наконец рука Любы почти непроизвольно соскользнула под подол и сразу оказалась там между слегка раздвинутых ног, затеребив все больше выступающий между нежных розовых губ ее киски давно набухший бугорок клитора. Едва коснувшись его своими гладкими резиновыми пальчиками, девочка сразу же невольно сладко застонала. Она продолжала теребить и ласкать свой клитор все быстрее и стонать всё слаще, и так до тех пор, пока не разрядилась очередным, уже третьим за этот день оргазмом. Люба теперь окончательно осознала, что ощущать на своем теле слегка стягивающую кожу прохладную шелковистую резину, чуять ее запах, слышать легкое похрустывание мелких складочек и морщинок, возникающих при любом движении, является для нее уже само по себе наслаждением. Всё это всегда будет ассоциироваться теперь с первыми в ее жизни оргазмами и первым опытом женской любви. А ещё поняла, что любит Наташу, любит уже не только как подругу, но и как любовницу. Но, Люба была в этот вечер не одинока в своих ощущениях, испытываемых ею от ношения латекса на теле. Если бы она в этот момент заглянула в комнату Наташи, то увидела бы содрогающуюся в оргазме подружку, также ласкающую свое юное тело сквозь гладкий упругий латекс. В Наташином сознании первые оргазмы после сегодняшних забав с подругой тоже неразрывно соединились с ощущениями, которые дарил ей нежно охватывающий тело латекс. Ощущение от находящегося в упругом резиновом плену тела всё больше ей нравилось. А коль снять латекс не представлялось возможным, Наталья тоже, как и Люба, постоянно ощущала его нежное давление на кожу и так же, как подруга, поневоле медленно в нем "закипала", пока не достигла точки, после которой уже не могла не начать ласкать свое тело. И она занялась этим, не испытывая ни малейшего смущения. Тем более что ей хотелось убедиться, что она теперь всё правильно поняла, и ныне при мастурбации её не ожидает неудача, как в тот первый раз. Поначалу Наташа стала легонько поглаживать слегка похрустывающую под её пальцами резину на животе и талии, потом почти непреднамеренно коснулась затвердевших сосков и сразу вздрогнула от пронзившей её волны острого наслаждения. Невольно захотелось повторить прикосновение, чтобы испытать такое ощущение ещё раз. Она убедилась, что это наслаждение от прикосновения сквозь тонкую резину платья к соскам ей хочется испытывать без конца. Некоторое время Наташа играла своей туго затянутой в чёрную резину грудью, незаметно для себя всё более возбуждаясь при этом. Скоро она поняла, что ей стало этого уже мало, её киска просто истекала горячей влагой смазки. Наташа робко коснулась её рукой. На сей раз, ощущение оказалось совсем не таким, как при первом неудачном опыте, когда она пыталась себя ласкать пару недель назад. Теперь Наташа испытала от своего прикосновения острое наслаждение, вероятно, такое же, что испытывали те девицы с фотографий в интернете. И собственные ощущения Наташе понравились, это было несомненно! Она стала уже смелее ласкать свою крошечную киску, не оставляя своим вниманием при этом и грудь. Дыхание девушки понемногу стало частым и прерывистым, затем Наташа начала и вовсе легонько постанывать от наслаждения. Лишь последовавший вскоре оргазм дал ей облегчение от накопившегося напряжения. Хотя, как потом выяснилось, ненадолго.