"Ой! Натуленька, прости меня! Я не смогла! Я хотела тебя дождаться, я пыталась, правда! Это невозможно, но я научусь терпеть, честное слово, научусь!" Наташину задумчивость Люба отнесла на счёт своего поведения и теперь с ужасом ждала, что ей скажет подруга. Тут и до Наташи дошло, чем занималась её пленница в момент её возвращения. Сразу вспомнив, что она здесь госпожа, Наташа грозно нахмурила брови:
"Так! Значит бунт? Ну, ладненько. Всю ночь останешься, как я и обещала, в таком же виде. К утру, думаю, научишься терпеть!" Люба опять сделала сиротское выражение лица. Наташа не выдержала и рассмеялась. Потом снова сделала серьёзное лицо и сообщила:
"Всё, довела ты меня! Выхожу замуж!"
Люба, несмотря на оковы, так и подпрыгнула на кровати:
"А я? Ты меня теперь бросишь?" - от ужаса такого предположения у неё осёкся голос, а в глазах заблестели слёзы.
"Ну, что ты! Нет, конечно же!" - поспешно стала успокаивать подругу Наталья - "Ты при мне останешься, всё между нами будет по-прежнему!" - она села на краешек кровати и стала нежно гладить распятое под скользкой белой резиной девичье тело.
"Да, но это если твой муж согласится!" - Люба слегка успокаивалась. Наташа заглянула подруге в её ещё не просохшие от слёз глаза:
"И ты согласишься делить меня с мужчиной?"
"А у меня что, есть выбор? Я согласна на всё, что угодно, лишь бы быть с тобой, ты же знаешь это сама! Ведь ты моя госпожа!" - Люба заискивающе посмотрела в глаза Наташе. Та ощутила нежность к своей пленнице и поцеловала в губы, продолжая гладить её тело сквозь резину. Люба закрыла глаза и стала потихоньку подрагивать, дыхание её снова участилось. Наташина рука скользнула вниз, между широко разведённых ног подруги, и она даже через толстую резину ощутила там обильную скользкую влагу, переполняющую Любину киску. Уже через пару секунд подружка выгнулась и мелко задрожала в очередном оргазме. Когда она обмякла, Наташа оставила её и ушла спать в столовую на диван. Ей было жалко оставлять подругу, но надо было держать слово - "Если госпожа обещала наказать, так тому и быть!" Так что Любе всю ночь пришлось провести на кровати одной, лёжа распятой на туго натянутых цепях, да ещё и под тяжёлым и душным резиновым покровом. Она совершенно измучилась за эту ночь, но и оргазм ещё не раз сотрясал её тело, хотя Наташа к ней более не подходила.
Эпилог.
"Совсем эта молодежь с ума посходила! В резиновой одежде регистрировать свой брак припёрлись! Да ещё на подружку невесты зачем-то наручники нацепили!" - проворчала работница дворца бракосочетания, и неодобрительно поглядела вслед прошедшим в здание жениху и невесте. Впрочем, жених был как раз в обычном, и весьма элегантном тёмном костюме. Зато невеста и впрямь была вся в белой резине, громко шелестящей и скрипящей при каждом её движении! Точнее, на невесте было надето платье из белоснежного латекса, очень узкое и длинное. Из того же материала была сделана и её фата. Рядом шла подруга невесты, в роскошном платье из розового латекса, украшенного оборками и рюшем белого цвета. На обеих девушках были ещё надеты чулки и длинные "оперные" перчатки, всё тоже резиновое, и того же цвета, что и платья. Руки у подружки невесты, в которых она гордо несла перед собой огромный букет белых роз, действительно, были скованы сверкающими стальными наручниками. Разумеется, это могли быть только Наталья и Люба! Люба выступала свидетелем со стороны невесты, а вот со стороны Александра никого не было, но он легко нашёл подходящего человека прямо здесь, во дворце. Началась регистрация. И вот только теперь, стоя перед женщиной-регистратором, в момент торжественной регистрации брака, Наташа с изумлением узнала возраст своего жениха! Раньше ей просто не приходило в голову поинтересоваться этим вопросом. Наташа знала, что Александр гораздо старше её, но чтобы настолько! Её жених оказался лишь совсем чуть-чуть моложе её отца!
"Да, ладно, какое это имеет для меня значение! Ведь я всё равно люблю этого человека!" - подумала Наташа и сказала своё твёрдое "Да" служащей дворца, после чего расписалась в журнале регистрации. Кольца, шампанское, вспышки фотоаппарата фотографа, всё дальше было, как во сне. Потом жених деловито надел на глазах у всех присутствующих на свою невесту наручники и, провожаемые изумлёнными взглядами служащих и посетителей дворца, новобрачные и подружка невесты прошли к машине с кольцами на крыше, чтобы ехать домой. Вид у компании был, и правда, непривычным для присутствовавших в тот момент во дворце бракосочетания. Рядом с одетым в строгий костюм женихом гордо шла невеста со скованными за спиной руками и вся в белоснежной резине, а следом ещё и подруга, тоже в наручниках и тоже в наряде из громко шелестящей поскрипывающей резины. Люди сначала столбенели от такого зрелища, потом узнавали в девушках участниц недавнего реалити-шоу, понимающе кивали головами и потом ещё долго заинтересованно смотрели вслед странной процессии. А Наташа чувствовала, несмотря на счастье переживаемого момента, что какая-то заноза только что засела в её мозгу и теперь свербит там. И не только у неё, как оказалось. Люба тоже долго морщила лоб, чесала задумчиво скованными руками свой носик, и внимательно всматривалась в Наташиного жениха, точней, теперь уже в её мужа. Она несколько раз даже оборачивалась в машине, сидя на переднем сиденье, посмотреть на сидящих позади молодожёнов. Только войдя в квартиру, Люба решилась задать вопрос, вертевшийся у неё на языке: