Принадлежало обнесённое мощной десятиметровой стеной трёхэтажное здание сверхсекретному Наркомату Стратегических Ресурсов Красной Республики. Или по-простому — НСРК. Отвечала данная контора за производство, хранение и распределение маны и фактически являлась неким усреднённым подобием Центрального Банка государства рабочих и крестьян.
Территория вокруг особого учреждения имела явные следы глубоких фортификационных изменений ландшафта. Присутствовали и глубокий ров наполненный водой, и насыпной вал, на котором воздвигли монолитную бетонную стену. В ней чернели бойницами пулемётные точки, а на угловых башенках, под сферическими зонтами-навесами грозно маячили гнёзда спаренного «крупняка».
В радиусе пары сотен метров вокруг важного объекта растительность произрастала не выше стриженого газона. По внешнему периметру «парковой зоны» между равноудалёнными друг от друга КПП курсировали вооружённые патрули с овчарками. Сама территория от городской застройки была отделена забором из массивных кованых решёток с остриями пик на концах.
Едва наш кортеж миновал КПП, мост и ворота пришли в движение. Первый быстро и бесшумно опускался, а вторые — также шустро, но с лёгким шуршанием отъезжали в сторону. Эффектное зрелище.
Что сразу бросилось в глаза — ветхая убогость единственного строения внутри «крепости». Это вам не дворцы Пенсионного Фонда из стекла и бетона забабахать в областных центрах, как то было в родной стране далёкой Земли. Тут всё выглядело гораздо более скромно. Несмотря на очевидную значимость учреждения, одинокое здание местные красные строители замутили весьма простенькое. Кирпичная прямоугольная коробка с двухскатной черепичной крышей, да деревянное крыльцо под козырьком с выходом на небольшую парковку.
— Здравствуйте товарищи генералы, — сосредоточенно-серьёзно приветствовал нас работник НСРК в строгом сером костюме без знаков различия. — Пожалуйста, следуйте за мной.
Как и в первый день пребывания на Геренберо, сопровождающий повёл нас сугубо в глубины подземелий. После спуска по лестнице на два этажа, наша дружная компания во главе с чиновником наркомата СРК погрузилась в грузопассажирский лифт, который по итогу остановился на минус седьмом этаже.
Боюсь даже представить, какой вообще глубины данный подземный комплекс. Внушительно-грандиозно! И речь тут не про напыщенный блеск интерьера, а про объём и масштаб земляных работ. Да уж, закапывать в толщу земли все сколь-либо важные объекты — прямо навязчивая идея у родного красного руководства.
Весь вопрос: зачем такие сложности? Такое чувство, будто власти Республики всерьёз опасались воздушных налётов. Но откуда им взяться? Авиация-то на планете даже не на стадии эмбриона. Она как таковая здесь вообще отсутствует! За ненадобностью. Те же дирижабли с воздушными шарами на Геренберо отнесены к разряду единичной экзотики для шоу воздушных акробатов. Оно и понятно. Порталы ж есть!
Тогда совсем как-то подозрительно выглядит зудящая известное место мысль поглубже зарыть всевозможные штабы, здания наркоматов и прочих важные объекты. Может так генетическая память аборигенов работает, и в прошлом винтокрылые (или, не приведи Создатель, реактивные!) машины успешно бороздили воздушный океан планеты? Последняя мировая бойня по историческим меркам совсем недавно была. А потом нынешняя цивилизация деградировала и аппараты тяжелее воздуха перешли в категорию «табу». Не из-за того ли спустя два-три поколения от глобального аута до сих пор и царствует культ «кротов»? Опять же, во избежание, так сказать. Мало ли чего взбредёт в дурную голову конкурентов по установлению имперского единства одной расы?
— Товарищи генералы, вот мы и добрались до главного сейфа страны, — буднично произнёс сопровождающий, отвлекая меня от размышлений по поводу специфики развития этого виртуального мира.
«Угу. Для товарища в сером костюмчике это ведь ежедневная рутина. Экскурсионные группы страждущих прямо-таки толпами тут ходят-бродят», — мысленно сыронизировал я.
— По очереди вложите, пожалуйста, правую ладонь в скан-камеру, — указал он на странный алюминиевый тазик на треноге с мутной жидкостью внутри.
После того, как последний из нас (а им оказался «Царь») погрузил в непонятную субстанцию пятерню, глухая на вид бетонная стена, на манер уличных ворот наверху, с тихим шелестом сдвинулась вправо.