Смачный рвотный позыв и не переваренное содержимое вчерашнего вечера, выплескивается в кусты близ домика. Я перевешиваюсь через перила, и от этого мутит сильнее. Восходящее солнце, поблескивает на листьях, придавая им оттенок жженой карамели. Черт подери! Меня никогда так не скручивало, как сегодня.
— Все в порядке? — тоненький голосок, немного бесит, но я вытираю рот о запястье и, развернувшись, вижу Монику. Девчонка хмурится и куксится, как ребенок. До этой минуты, я ни разу не обменялся с ней и словом.
— Привет. Всё супер.
— У меня есть аспирин и…
— Моника, да? — скромный кивок на мой вопрос. — Иди к себе, скоро подъем.
— Почему ты не хочешь принять мою помощь?
— Потому-что обо мне есть, кому позаботиться. Извини за грубость.
— Ничего…да…я…понимаю. Еще увидимся?
— Конечно.
Твою мать, сколько ей лет? Четырнадцать или чуть больше на год? Не удивлюсь, если я единственный парень, с кем она пообщалась. Совесть пробуждается внутри меня, и я бью ногой балку, окрашенную в синий цвет. Почему меня одолевают сомнения? Я же даже не обратил внимания на ее фигуру, как обычно бывает и тем более, не поймал себя на мысли, что с ней приятно болтать. Просто ничто. Пустошь. А в моем случае, это означает, что данное знакомство ни к чему не приведет. Я люблю полный комплект — мозг, фигура, общие темы. А как же Мэй? Противный скрип на зубах и я снова над кустами, на которых скоро зацветут спагетти. Дерьмо, зачем я припоминаю их!
***
Часам к двум дня, я в свежей (старой) футболке с дырами на груди, бреду по тропинке за Вентуро и парнями. Шимус решает показать тупым снобам, будущим членам Лиги Плюща, всевозможного лямбда, бета дерьма, как колоть дрова, разжигать костер и вечером нас ждет подобие экзамена. За это, нам разрешат позвонить родителям. Не очень-то и хочется. Флориан сболтнул по дороге к сараю с инструментами, что мой отец, приезжал поздно вечером, и они с Вентуро о чем-то трепались. У меня нет желания звонить тому, кто, находясь в лагере, не считает нужным со мной повидаться.
— Итак, разбираем топоры, пилы и становимся в ряд! — командный голос Шимуса, подходит для тренировки новобранцев в армии.
Мы выстраиваемся лицом к нему и со скучающим видом, таращимся на бородатого мужика во фланелевой рубашке.
— Целый час, мы будем натирать мозоли на ваших нежных ручках. Советую, не ныть, я не из тех, кто будет подтирать сопли. Ясно?
Частые наклоны десятка голов, вызывают улыбку на физиономии Вентуро. Меня разрывает от вопроса по поводу отца. Что ему понадобилось в «Хоуп Крик» в час ночи и какого черта, он не заглянул в мое бунгало!
— Пиклз, замахнись размашистее!!! — приказывает Шимус, волосатому чуваку хлипкого телосложения.
— Скорее он рухнет с топором на землю. — Высмеивает парня Флориан и получает подзатыльник от командира нашего взвода отбросов.
— Моррисон молодец. Доводилось разжигать огонь самому?
— Было дело.
Флориан еле проглатывает смешок, зная, что я устроил в оранжерее в седьмом классе. Соседи вызывали пожарников, а мама, заставила меня вычистить цветники и лично, высадить луковицы лилий и следить за ними, чтобы они не превратились в отходы. Тогда я понял, какой это тяжелый труд.
— Может, покажешь соплеменникам, как должен гореть костер?
— А давайте вечером? Соберемся на центральной площадке и поджарим зефир? — внедряется темнокожий футболист. С чего вдруг футболист? Да у него на роже написано: я лучший, мать его, нападающий в мире!
— Отличное предложение, Майкл. Запасов зефира, хватит еще на одно лето. — Шимус расстегивает рубашку, подставляя шею палящему солнцу. Да, жарковато становится. Фло изворачивается и дает мне под зад пяткой, чтобы я взглянул в сторону девчачьей коалиции во главе с Мэй. Моя нижняя челюсть, под тяжестью слюны, вытягивается до пупка. На ней ни черта не скрывающие шортики, и лифчик. Всё. Друг шепотом объясняет, что это нормальная спортивная одежда, а я уже хреново количество дней без секса и поэтому кончаю от одного взгляда на задницу и сиськи. А «девочки» весьма соблазнительные в момент тряски. Ну, то есть, когда Мэй наклоняется, проделывает штуки своей задницей и выгибается, как сонная кошка на спинке кресла. Я залипаю, и Вентуро просекает мою отгороженность. Щелчки пальцев перед моим лицом и я вновь на земной орбите.