Владиславе нравилось внимание Саши, но откровенно говоря она боялась. Девушка двадцать три года прожила с мыслью только о своей карьере и решила, что ей никто не нужен. Но тут появился Александр, который настойчиво приручает дикую кошку. Ей было приятно и хотелось еще, она влюблялась в него, но ее так страшила неизвестность, непонимание того, что делать с этими чувствами и куда бежать. Ее четкий план жизни рушился и она не могла справиться с эмоциями, чтобы начать строить новый. Поэтому она то отпускала себя и свои желания, то снова пряталась за своими колючками.
Александр не совсем понимал ее эмоций. Ему казалось будто она таким способом хочет приручить его, влюбить в себя, чтобы не убежал. Не хочет сдаваться, чтобы держать его в тонусе. И он был не против такого расклада, но все же старался держать себя в руках, чтобы его сердце потом не пострадало.
- Что это такое?! – громко и строго проговорила Владислава смотря на младшенькую, целующуюся с парнем возле байка.,
___________
Буквально спустя три дня Никите пришла точная сумма, которая была указана в договоре. Ландышев уже давно решил, что как только получит деньги, осуществит свою давнюю мечту и купит мотоцикл. Конечно он понимал, что ему нужны деньги для проживания и питания, но все же недорогой и немного поддержанный байк он смог себе купить. Уже через два дня на его дворе стоял мустанг фости 150. И сразу ему захотелось похвастаться его Принцессе. Он позвонил девушке и она сразу же выпорхнула со своего подъезда.
Броня долго рассматривала байк и восхищалась. Конечно, ее свободолюбивая натура тоже хотела себе коня, но отец сказал, что не позволит дочери убиться на этом звере. В этот вечер сбылась не только мечта Никиты, но и Брони. Они немного поколесили по городу, а потом он отвез ее домой.
- Это…это было..тааак…. – девушка не могла отдышаться от переполняющих эмоций. – Спасибо.
И Броня неожиданно (как всегда) обняла его со все дури. Никита притянул девушку к себе ближе. Она вызывала в нем непонятные чувства. Это ему нравилось и не нравилось одновременно. То, как она ненавязчиво заботилась о нем, как переживала, чтобы он кушал, как Броня фанатела от его музыки и яро защищала его авторские права. Ему нравилось это, нравилось чувствовать себя не одиноким и кому-то нужным. Он уже давным-давно не испытывал похожих чувств. Но она привлекала его не только этим. Бронислава была очень красивой, умной, дерзкой, уверенной в себе и никогда не унывала. Шумная правда очень, но с этим еще можно как-то жить.
Никита и сам не понял, как немного нагнулся и легонько коснулся губ девушки своими. В груди девушки поднялось непонятное чувство удовольствия и радости. Она сильнее прижалась к мужчине и встала на цыпочки, чтобы быть на одном с ним уровне. Ник понял, что протеста не будет и приоткрыл рот, целуя ее губы. Девушка повторила его жест и он немного застонал. Это было так чувственно, нежно и невинно, но настолько бомбически. Сердца обоих бились очень сильно, отдавая в висках. Никита еще сильнее притянул Брониславу к себе, положив руку ей на затылок. Она обхватила его за шею. Казалось, этот поцелуй будет вечным. Ну им этого бы хотелось точно. Но тут они услышали громкий крик:
- Что это такое?!
Бороня резко встрепенулась и отпрянула от Ника. Он посмотрел на источник шума. Эту дамочку он знает. Старшая дочь семьи Бувальцевых, старшая сестра его Принцессы и противная стервочка. Никита поморщился. Он еще помнил сцену в его квартире и эта особа не вызывала в нем положительных эмоций. Он предпочел бы никогда ее больше не встречать.
И надо было же так попасться. Целый месяц они больше не говорили о Нике и его квартире. И тут такая сцена. Бронислава предполагала, что сейчас будет и уже настраивалась на скандал. Боковым зрением, она увидела Миру и тяжело вздохнула. Броня знала, как тяжело ей даются эти ссоры. Младшая, конечно любила и Владу, но та постоянно строила из себя взрослую, когда родителей не было рядом. А при них вечно старалась утихомирить конфликты, но, честно говоря, получалось у нее так себе. Она больше успокаивала родителей и отчитывала Брониславу. Но Миру она любила сильнее. Та молчала всегда, но хоть как-то втихаря помогала Брониславе.
- Бронислава! – если Влада говорила полное имя – не к добру.