– Я же тоже спрыгнул, смотри, как руку ободрал, – он показал мне расцарапанную кисть, правда, в темноте я почти ничего не увидел, – Только под утро, как рассвело. Машина остановилась, они вышли и заметили пропажу. Пока они орали друг на друга, я тихонько спустился, удрал в лес и сошел на дорогу с другой стороны горы. Там я разлегся у них на пути, одежду свою на себе разодрал,– с сожалением добавил он,– типа, меня избили и там без сознания бросили. Как раз вовремя успел, еще бы минута и они бы у меня ускользнули. Подобрали они меня и на ваше место закинули. Вот так я сюда и попал, – радостно закончил он.
Похоже для него это веселое приключение, а не игры со смертью. Плечо напомнило о себе резкой болью, расползающейся по груди и кисти. Что-то теплое стекало по руке. Я машинально потянулся к больному месту. Наверное, пулей задело.
–Это не шутки. Они могли тебя убить.
–Ха! Я слышал, когда они ругались, что им нужны работники, что Нико с них шкуру спустит, когда узнает, что они людей потеряли. Так что они были на седьмом небе от счастья и были готовы ноги мне целовать.
Последние слова Димки заставили улыбнуться. Спасибо скажи, что они тебя не переехали, дурень. Вслух я этого не сказал.
–Что-то у тебя не вяжется.
Мой собеседник внезапно напрягся.
–Бороду, когда успел приклеить?
–А-а, это? Ну, ты жираф! Я же сказал – следил я за дядькой твоим. Вот и приклеил ее, чтоб он меня не узнал.
–Детский сад, – проворчал я, ухмыльнувшись,– И как тебе это могло в голову прийти?
–Мысли конструктивно и с фантазией!
Димка был явно горд собой.
–А твои сотрудники знают, где ты?
–Я не успел им ничего сказать, – Димка сиял как медный таз, если можно применить такое сравнение, глядя на его лицо, почти полностью покрытое фальшивой растительностью. Даже в полутьме его лицо буквально светилось самодовольством.
–Ты сошел с ума.
В ответ я услышал сдавленное хихиканье.
12
Ангел склонился надо мной и звал меня по имени. Расплывчатые очертания становились все четче. Внезапно острые холодные иглы вонзились в лицо, и я резко вдохнула. Золотоволосый ангел – зачем ты мучаешь меня? Дай хоть немного отдохнуть…
Меня резко тряхнули за плечи.
–АННА!!!
–Холодно… – промямлила я.
–Очнись же, наконец!!!
Сознание стало проясняться, меня силой вытащили из моего сна. Ангел оказался тем самым пилотом, который нас сюда и доставил. Он все еще держал в руках алюминиевую кружку. С лица и волос капало, холодная влага стекала по подбородку и шее на грудь. По телу пробежали неприятные мурашки. До меня стало доходить, что иглы – не что иное, как ледяная вода, которой мне брызнули в лицо.
–Где они? – в ужасе просипела я.
–Не бойся, никто не причинит тебе вреда. На выпей, – он подал мне другую кружку. Я отхлебнула и закашлялась. Напиток обжег мне горло, зато по телу разлилось приятное тепло.
– Тебе лучше?
Вместо ответа я кивнула. Надо же – я жива! И вроде нигде ничего не болит. Кроме горла.
Он какое-то время пристально смотрел мне в глаза, и я, завороженная, даже не подумала отвести взгляд. Интересно это линзы? Ну не может же быть у живого человека глаз такого яркого бирюзового оттенка. Он порылся в нагрудном кармане и вытащил фотографию.
–Знаешь ее?
Я с трудом отвела взгляд. Со снимка на меня смотрела счастливая черноволосая девчонка. Да это же Ника!
Так-так! Бирюзовые глаза, неземная красота, волосы. Точно, она же не раз про это рассказывала! Сбежавший женишок. Вот так неожиданность!
–Нико?– вопросительно прохрипела я.
Парень невесело улыбнулся.
–Точно,– кивнул он, – Присаживайся.
Я села на предложенную мне табуретку.
–Как ты узнал, что мы с Никой… знакомы? И откуда у тебя эта фотография? Я же сама ее снимала!
–Я взял из ее альбома. Без разрешения, – уточнил он, – Она про тебя рассказывала. И я видел и твою фотографию.
Очарование его красоты перестало действовать, как только я узнала кто это. Значит, сказать правду любимой девушке – кишка тонка, а ловить ни в чем не повинных людей и сажать их на иглу – пожалуйста! И как только Ника могла встречаться с таким ничтожеством! Даже слов не хватает, как его назвать. И главное внешность как у ангела. Попробуй, заподозри его в чем-то дурном! И из-за этого она страдает до сих пор! Меня опять трясло, только уже не от страха, а от негодования.
–Значит, вот ты чем занимаешься? Вот куда тебе надо было ехать.
–Она тебе все рассказала, – поморщившись, словно от боли сказал он.
–А почему бы и нет? Я вообще-то ее подруга. Лучшая, между прочим.
–Это не то, что ты подумала.
–Ну, так объясни. Сначала кружишь голову девчонке, обещаешь золотые горы, а потом исчезаешь. Спасибо, хоть попрощался, – с каждым произнесенным словом меня все больше и больше захватывала злость. Страха я совсем не чувствовала, хотя в данном моем положении должна была бы.