Чуть горьковатый запах сопревшей травы колол в носу. Местами сено истерлось от времени, рассыпавшись на мелкие соринки. Оля осторожно вскарабкалась на горку – здесь сухая трава была чуть свежее, не крошилась в пыль, её пряный аромат был гораздо приятнее и мягче.
«Как, наверное, здесь хорошо и тихо спится»,– подумала она.
Оля встала на носочки и выглянула в окошко, до которого едва могла дотянуться. Сквозь ветки черемухи, раскинувшейся перед самым сеновалом,виднелись деревенские домики и поле, по которому она шла.Оля прилегла на сено, провалившись в него, закрыла глаза и улыбнулась – прелестная находка.
«Ну, где ты ходишь! Мы уже тебя потеряли,–с упреком говорила Катя, когда Оля вернулась в дом. – Шашлык и баня готовы давно».
День рождения шёл в полную силу. Все хохотали, ели сочный с ароматом дымка шашлык, весьма неплохо сделанный мужем Яны. Пили кто шампанское, заедая покупной клубникой, кто пиво, кто водку. Оля лишь немного поела, да символически глотнула игристого. Баня была приятно натоплена. Оля долго грелась, слушая шипение пара, рождавшегося от тонкой струи воды, которую она медленно подливала на камни. И только девчонки, ворвавшиеся в парную с гоготом, нарушили её тихое парение.
– Ой, девочки, я опять набрала килограммы, все на боках,– тараторила Лиза, сестра Яны.
– Лизка, ты такая стройняшка, что эти три кило тебя только в человека нормального превращают, – отвечала Катя.
– Нет, на мне джинсы не застёгиваются! – махала веником Лиза, как дирижёрской палочкой.
– Ой, не в килограммах дело, девчонки, – сказала Яна. –Вот Оля следит за собой, и вес у нее идеальный, а сколько уже одна да одна.
Все молчали некоторое время, а Оля смотрела на камни, не поднимая глаз на подруг.
– Да, я вот с тобой согласна, – ответила Оля. – Вон, Лизка, тебя твой Максик обожает, балует, есть ли у тебя три кило или нет.
Лиза намыливала мочалку, взбивая плотную пену.
– Ну ладно, ладно. Может и правда не самое важное, только все равно я хочу эти несчастные три кило смыть и влезть в свое платье облигон, – Лиза шоркала грубой мочалкой бока, и казалось, что от ее стараний действительно лишние кило в этот раз смоются. Все остальные задорно смеялись над стараниями Лизы.
– Так, девоньки, давайте поддадим, – Яна вылила смачнуюпорцию воды на камни, запустив огромное облако пара.
– Ай, ты что, ты что?!
– Ой, жарко!
–А-а-а-а!
Все дружно заверещали от нахлынувшего жара.Румяные, разгоряченные после бани, они сидели, завернувшись в полотенца, тихо перешептываясь между собой.
– Соня, ну что? Денис хоть ну что-то намекнул тебе, а? – не унималась уже немного нетрезвая Яна.
– Слушай, ну, я же вижу, как он смотрит на меня, – застенчиво отвечала Соня, миловидная блондинка, которая была моложе всех в их компании, ей ещё не было и тридцати.
– Так ты это, ему глазки-то построй, ну, он же скромняга у нас, до чёртиков порядочный, таких ещё поискать надо. Ты ему хвостом помаши, чтоб он осмелился немного. Давай вот после баньки платье надень, с вырезом, чтоб сиськи видно было, покрутись, – продолжала Яна.
– Э, только давай не перед всеми, Максик чтоб мой не видел, – ревниво ответила Лиза.
– Ах, ха, Лизка. Никто кроме тебя твоему Максику не нужен, он же без тебя жить не может, –ответила Яна и потом продолжила давать наставления Соне. – Только ты, Соня, покрутись, но сделай это, будто бы он всё сам, сам. Ему надо мужиком себя почувствовать.
Оля сидела и молча слушала, как все учили скромную Соню коккетничать перед таким же скромным Денисом. Потом долго обсуждали, отчего у мужиков к сорока годам вырастают животы вместо кошелька. Потом дружно и шумно еще много раз пили за Яну, особенно когда мужчины приносили в дом новую порцию мяса с мангала. Оля, подзакусив шашлыком и овощами, не допив и половины бокала шампанского, уговорила Яну отпустить её спать.