— Живьем нужно! — властно скомандовала Дженни. Ведьма стояла в дверях кабинета, в левой руке перо, правая вытянута, два пальца наставлены рогами.
Незнакомец обернулся вокруг своей оси, нелепо и сильно ударился подбородком о полку со старой одеждой. Тут же попытался проломить стену лбом.
Смотреть со стороны как его водит было жутковато. Человек, надо отдать ему должное, пытался сопротивляться. Молча бился о стены и пол, не выпуская ножа, пытался ползти к двери. От безжалостных «поклонов» с разбитого лица щедро брызгала кровь. Руки и ноги подламывались, человек падал, извивался. Снова вставал, словно червь елозя по стене. Чуть не наткнулся на копье Крыса. Окончательно потеряв ориентиры, пьяно побежал в сторону комнат.
— Да хватит уже, — с отвращением сказал Ёха и встретил злоумышленника ударом кулака в челюсть. Человек отлетел к стене и сполз на пол.
— Ёха, ты его не убил? — встревожено спросила Дженни.
— Ну, если ты его в котлету не расшибла, так чего ему будет? — обиделся северянин.
Крыс наступил незнакомцу на спину. Лит подальше отшвырнул ногой нож, подхватил брошенную Бемби веревку и надежно, как одноглазый учил, стянул бесчувственному врагу руки за спиной.
Ёха пощупал человеку шею:
— Так, дышит. Ну и кто это такой?
Из тупичка, с еще одной сковородой в руке, выступил озабоченный Бух:
— Мы его правильно побили? Вор?
— Побили правильно. Но вряд ли он воровать залез, — мрачно сказала Дженни.
Опомнившаяся Ито гневно залопотала, тыча пальчиком в оставшийся на двери след от ножа. В потоке слов Лит определенно различил «убить», «дерьмо» и еще одно краткое северное ругательство.
Бемби хмыкнул:
— Ёха, ты чему девушку учишь?
— Начали с самых необходимых слов, — объяснил северянин. — Главное, чтобы Ито нас понимала.
Ито вопросительно глянула на опекуна. Ёха сделал успокаивающиё жест:
— Мы поняли. Он тебя за Дженни принял. Ударил, но промахнулся. Хорошо, что ты маленькая.
— Как он к нам влез? — спросил Лит.
— Извиняюсь, он через уборную пробрался, — объяснил Бух. — Я слышал, но не придал значения. Я ваши шаги еще плохо различаю.
Бемби отправился проверять, и тут же вернулся. Черепица над уборной оказалась разобранной.
— Ну, он еще пожалеет, — зловеще посулила Дженни. — Взялся зимой такие штуки проделывать.
В дверь постучали:
— Ха, теперь-то этот хорек точно пожалеет, — усмехнулся Ёха. — Начальство пожаловало.
Квазимодо хватило взгляда, чтобы оценить происходящее:
— Весело у вас. Гостей полон дом. Ты, великан, кем будешь?
Бубах поклонился:
— Я Бух, ваша милость. Беженец из Фурки. Договариваюсь о приеме на службу.
— Милорд, это мой знакомый, — поспешил объяснить Лит.
— Понятно, с уважаемым бубахом попозже поболтаем. А это чей знакомый?
— Убийца, — с готовностью доложил Ёха. — Проник через уборную с диверсионными намерениями. Наверняка, купленный, а может, и сам идейный «крестовый».
— Вот как? — приятно удивился Квазимодо. — Выходит, спрашивать его не о чем?
— Нет, лучше все-таки допросить, — признал Ёха. — Я так, версию высказал.
— Версия — это хорошо, — пробормотал лорд-шпион. — Но лучше ты водички принеси и по пути о своей немоте вспомни.
— Виноват, — северянин хлопнул себя по груди. — Забылся впопыхах.
Злоумышленнику плеснули в лицо водой. Квазимодо присел на корточки и доброжелательно посоветовал:
— Хватит жмуриться, Трескун. Что ж ты так? С каких это пор парни Леска по мякоти работать взялись?
Связанный открыл глаза и прохрипел:
— Слышь, Полумордый, хочешь, верь, хочешь, нет — накладка вышла. Кто знал, что твой товар? Заказали красавицу по ревности. Время сейчас бесхлебное, демоны меня искусили…
— Поговорим еще, — пообещал Квазимодо. — А пока в королевских подвалах погреешься.
Он прошел с Дженни в кабинет. Лит уловил обрывок разговора:
— Что-то ты всерьез к предупреждениям не относишься…
— … людей полно. Он ведь…
Лит уловил близкое посапывание — любопытный Малый подобрался к двери и выглядывал в освещенный коридор.
— И ты туда же? — грозно прошептал Лит. — Пошли-ка спать…
Утром Лита разбудила возня во дворе. Егеря, как обычно, возились-пихались, разминая косточки.
— Давай-ка, углежог, против нас двоих, — весело предложил Бемби, норовя заехать приятелю каблуком в нос. — Кончилось наше сидение. Ква сказал — завтра выходим.
— Пол на кухне не успели поправить, — озабоченно сказал Лит.