Литу понравилось — чем-то хозяйка «Двух лап» на Дженни стала похожа. Правда, здешней властительнице гневный характер прятать нужды не было. Глаза сияли, подбородок она так вздергивала, будто и вправду ей когда-то королевский трон предлагали.
Речь Литу тоже понравилась. Краткая и по делу. «Дни предстоят нелегкие, но наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами».
Когда Лит сменился и пришел к себе, оказалось, что команда не спит. Все сидели и снова пили чай. Литу тоже налили большую кружку. Это, конечно, было хорошо, но чего Ёха не спит, а ерзает на табурете, понять было трудно. Северянину утром на стену заступать.
— Видел? — таинственным шепотом спросил Ёха.
— Что именно? Хозяйку? «Крестовых»? То, что холодает?
— Да брось, хозяйку видел?
— Я её на стене чуть не рубанул, — признался Лит.
Ито тихонько ахнула. Дженни поджала губы.
— Она неожиданно возникла, а я бдительность проявил, — поспешно объяснил Лит. — Нечего, вроде не слишком разгневалась.
— Ладно, потом расскажешь. Ты её на галерее видел? — нетерпеливо шептал Ёха.
— Я на страже стоял. В ров глядел, да на вражеский лагерь. Там, между прочим, опять шум и беготня. Не спится гостям.
— Да и фиг с ними, — раздраженно пробормотал Ёха. — Ты снаряжение Леди видел или нет? Там на её кольчуге знак такой интересный. Видел?
Вообще-то, какие-то побрякушки на Леди-хозяйке Лит видел. Цепь на шее, еще что-то. Как и положено знатной леди, без украшений на люди не выходит. Но углежог в основном не на то внимание обращал. Хозяйка была женщиной стройной, но отнюдь не истощенной. И кольчуга её женственности скрыть не могла.
— Краснеющий знак, — Ито похлопала себя ладошкой по правой стороне груди. — Было?
— Не краснеющий, а просто красный, — поправил изнемогающий Ёха. — С флагом. Ты видел?
— Не помню, — честно сказал Лит, краем глаза следя за сузившей глаза ведьмой. — Леди очень красивая женщина и я на нее смотрел так — в общем. Всякие ювелирные штуки меня не слишком занимали.
— Ну, ты и раззява, — с досадой заявил Ёха.
— Наш пришлый северянин видел вроде бы знакомый значок и теперь полагает, что Леди может быть его родственницей, — наконец, объяснила Дженни.
— Не родственницей, но… — Ёха умолк.
— Будет случай — разузнаем, — сказал Лит. — Сейчас не до этого. Леди правильно сказала — дни предстоят нелегкие. Потому выспаться нужно. Так что давайте ложиться.
Ито потянула северянина к тазику, дабы рожу умыл. Заботится, как о младенце. Сейчас уложит, одеяло подоткнет…
Дженни пристально следила, как Лит чай допивал.
Углежог не выдержал:
— Чего ты?
— Очень понравилась?
— Красивая. Здесь вообще все такие. Чудное место. Смотреть на всех приятно.
— Оттого ты на ферме и пропадал?
Лит удивился:
— Так там же Малый. И помочь нужно. Аша с Костей вроде как родственники. Без всяких красных флажков, правда. Эх, не успели вы в гости сходить.
Дженни поправила «ёжик» челки:
— Еще успеем. Углежог, ты подожди, когда я уеду, потом будешь девкам головы кружить.
— Я кружу?! Да разве…
— Ну, лесовик, и дурной же ты бываешь… — Дженни ухватила за руку Ито и потащила из комнаты. — Спите, воины.
Ничего не понявший Лит принялся стягивать сапоги, а Ёха заметил:
— Люблю я нашу ведьму, но иной раз её совершенно понять невозможно.
«Крестовые» двинулись на штурм поздним утром. В три колонны строились у дороги. Еще одна колонна выдвинулась к седловине, явно намереваясь атаковать стену со стороны кладбища. В лагере «крестовых» остались лишь охрана да горсть всадников, кружащих разъездом вдоль реки и северных холмов. Над Ближней деревней поднимались столбы дыма. Что там произошло ночью, оставалось тайной, но часть домов уже догорала.
Во дворе замка суетились женщины. Как известно, всегда что-то приходится делать в последний момент. Зато на стенах никого лишнего не толклось. Лит с Батом и невыспавшийся Ёха маялись у амбара. Леди приказала создать резерв, командовать которым было поручено пожилому помощнику управляющего по имени Даллап. Теперь отряд мерз на морозном утреннем воздухе. Только единственный лучник резерва, невысокий парнишка по прозвищу Жихарек, был занят делом — правил наконечники стрел. Лит взялся ему помогать, но выходило плохо — пальцы на холоде чувствительность потеряли. Приказ, конечно, приказом, но незачем было во двор вылезать. Даллапа углежог знал неважно — просто крепкий мужчина со смешным красноватым носом. Жена у него была гораздо моложе супруга, веселая шумноватая женщина, как раз перед началом заварухи уехавшая на торг в Дубник.