Лит вздрогнул. Поодаль от костра, за кустом ракитника стояла худая женщина. Лохмотья серого плаща, спутанные длинные волосы, уродливое лицо… Глубоко запавшие глаза пристально следили за сидящими у костра.
У Лита даже сердце остановилось. Это ж не человек. А глупый Малый продолжал тыкать пальцем.
Лит осторожного отвел руку подкидыша:
— Так невежливо. Не нужно туда смотреть.
— Са-Са?! — изумился Малый.
— Не смотри, говорю.
Женщина у ракитника, сейчас она показалась дряхлой старухой, повернулась и так же безмолвно шагнула в заросли. Мелькнула дырявая корзина в уныло опущенной руке. Ни треска веток, ни шороха сухого тростника.
Лит осторожно вздохнул. Малый смотрел вопросительно.
— Ты о ней не думай, — прошептал Лит. — Нам плот строить нужно.
Плот очень хотелось быстрее достроить, но еще какое-то время Лит не решался стучать топором. Чудом беда миновала. Это ж бенни была. Кое-кто ее сестрой баньши называет. Другие именуют Маленькой-Прачкой-Что-У-Ручья. Как называть — не важно. Главное, не завыла, и вопроса не задала. Даже стирать тряпье, что никогда от крови не отстирывается, не начала. Повезло. Значит, суждено углежогу и маленькому дурачку еще на свете пожить.
Переправились благополучно. Лит на всякий случай засадил Малого в короб. Греб осторожно, стараясь не раскачиваться. Опрокинешься — выплыть, может, и выплывешь, но часть имущества точно утопишь. Да и Малый холодную водичку не очень любит, сопли у него частенько капают. Все-таки из благородных, нежнокожий.
Перенеся короб, оружие и припасы на берег, Лит поспешно вытолкнул плот на течение. Никогда не слыхал, чтобы бенни на плотах путешествовали, но лучше не рисковать. Ведь казалось, лес здесь хороший, пустой — ни дарков, ни людей, одно зверье. А вот столкнулись с тоскливой старухой, и чуть в штаны не наделали. Малый, правда, заранее с этим делом управился. Нет, нужно осторожнее быть.
Ломкая трава хрустела под подошвами сапог. С утра было холодно, пар вырывался изо рта. Лит шагал и раздумывал, как бы прийти в Фурку незамеченным. Городок незнакомый, да, собственно, Лит в любом населенном месте себя чувствовал неуютно. Да еще насчет Малого вопросы задавать начнут, нужно вранье подостовернее приготовить.
Малый покачивался в коробе, изредка шепотом что-то бормотал и тихонько звякал. Лит подвесил к крышке короба красивый медальон, пусть дите играется. Медальон был снят с шеи леди Мариэллы. В земле он ей явно не понадобится, а сыну память останется. Подрастет, если нужда будет — продаст. Или тетка продаст, кормить незваного племянника нужно, а Малый на отсутствие аппетита не жаловался. Судя по странному имени, тетка в благородные леди не выбилась. Небось, вредная карга, раз выдали замуж в захолустье. Может, и завидует сестре-красавице. Впрочем, чему теперь завидовать? И кто же она все-таки была, прекрасная леди Мариэлла?
Привычные размышления прервал чуждый лесу звук. Железо о железо грюкнуло. Где-то в отдалении, но Лит мигом насторожился. Разбойники? Да не могли они выследить. Другая шайка? Что ей в чаще делать? До тракта на Тинтадж не меньше двух дней пути. Что людям в пустом лесу бродить? Вот беспокойная жизнь пошла.
Придется на разведку налегке сбегать. Лит снял поклажу, приоткрыл короб:
— Сидишь?
Малый моргал, сжимая любимую ложку.
— Вот и сиди. Только примолкни. Оружие я тебе оставлю, а цацку сниму. А то начнешь звонить, — Лит убрал цепочку с медальоном. — Тихонько, понял?
— Са-Са, — понимающе прошептал Малый.
Лит забрался на сосну, повесил короб на высоте в два человеческих роста. Следов ушастой кошки в округе нет, медведь тоже вряд ли забредет, но лучше поберечься. Лит долго гулять не собирался. Устроил мешок с провизией на ветке пониже, и отправился налегке разведывать.
Металлический звук, между тем, повторился еще несколько раз, потом долетел человеческий голос. У самой реки орали.
Лит осторожно крался между деревьев. Шумно сроду не ходил, но сейчас на хвое валялась уйма сухих веток, — вчерашний вихрь щедро проредил кроны. Надоели эти вихри, чуть ли не каждый день безобразничают. Вчерашний переждали под откосом берега, в относительной безопасности. Лит обхватывал короб, Малый высунул нос в щель под крышкой, удивлялся вою ветра и рушащемуся на противоположном берегу сухостою. Зрелище действительно было жутковатое.
Лит подобрался к откосу и порядком удивился, — на мысу торчал небывалый корабль. Явно не барка, по-другому устроен — два узких корпуса, соединенных посредине надстройкой, высокая тонкая мачта. Кораблик был серого смутного цвета — должно быть, издали и не заметишь. Но сейчас еще как выделялся, застряв на узкой полоске песка. Один из корпусов задрал в небо острый красивый нос, второй корпус почти погрузился в воду. На борту возилось два человека. Еще кто-то ковырялся ближе к берегу, но его заслоняла заросшая тростником отмель.