— А как мне его иначе носить?
— Нет, наверное, правильно носишь, — Ныр снял со своей куртки завязку, украшенную яркой сине-розовой ракушкой, и сунул всхлипывающему Малому. Дите ошеломленно уставилось на великолепную игрушку.
Лит пощупал сухой мох в коробе, — Малый был молодцом, держал себя в руках.
— Сажай пассажира, и пойдем? — Ныр уже вскинул на неширокое плечо мешок с припасами.
— Слушай, — нервно сказал Лит. — У меня немного серебра есть и крупа хорошая. Если я их лишусь — переживу. Но если с Малым что случится…
Речник почесал подсохшие белобрысые «иглы» на макушке, глянул серьезно:
— Я твои нервы понимаю. Но в следующий раз ты в морду получишь. Мы детей не трогаем. Так и заруби на своем углежогском носу. У меня у самого двое детей. Соображать нужно, что болтаешь.
— На тебе про твоих детей не написано, — неловко сказал Лит.
— Грамотный, что ли? Это хорошо. У меня старший тоже уже выучился…
Шагали по лесу, словоохотливый Ныр рассказывал о своем семействе. По всему видно — здорово соскучился. Старший сын у белобрысого оказался приемным, но, похоже, Ныр гордился им не меньше чем собственным.
Вышли к заводи, остальные речники возились у костра. Скатываясь по откосу, Ныр провозгласил:
— Эй, знаете, что у нас за багаж?
— Да уж давайте, показывайте человечка, — серьезно сказала Рата.
Остальные с интересом ждали.
Лит изумился — неужели знали, что дите есть? Неуверенно достал Малого. Светловолосая красавица охнула. Ныр и господин Жозеф широко заулыбались. Даже зубастый селк скалился. Лишь Рата застыла в неподвижности — глаза прикрыты, губы болезненно поджаты.
Малый крутил головой, удивляясь количеству незнакомых лиц. Может, и забыл, что людей больше двух бывает?
— Потеплистее нужно, — забеспокоилась красавица. Дите мигом оказалось закутано в мягкий плащ и устроено у костра, над которым уже висел котелок. Малый неуверенно улыбался, трогал протянутые руки незнакомцев. У Лита сердце остановилось, когда селк протянул к ребенку свою лапу — четырехпалую, с мягкими и широкими, словно раздавленными пальцами. Но Малый только зубы свои малочисленные пошире показал и с интересом подергал небывалый палец.
— Меее-лкииий кааа-кой, — протянул, забавляясь, дарк.
Лит со смесью облегчения и беспокойства оглянулся на леди Рату. Та уже вроде оттаяла, улыбнулась углежогу. Лита словно обухом промеж глаз стукнули. Помоги боги, совсем не ту деву за красавицу принимал. Как же не разглядел?! Миловидной девушка казалась, а улыбнулась — хоть помирай от красоты такой.
Спас Лита белобрысый ныряльщик, ткнул локтем в бок:
— Картошку чистить умеешь? Давай, время не ждет.
Картошки навалили полкотла, — Лит такое количество на месяц бы растянул. А копченой свинины бухнули вообще непомерно. Лит подправил поленья, — сварилось мигом. Все торопились, на Малого уже не отвлекались, — дите сидело между Литом и белокурой, которую, как оказалось, звали Лот-Той. Обсуждали план работы, — Лит лишь удивлялся смелым расчетам речников. Задача-то была не из простых.
Потом господин Жозеф пошел сменить арбалетчика. Стрелок скатился к костру, принялся быстро жевать. Удивленно разглядывал Малого. Костлявый Авель, обошедшийся без обеда, уже напяливал сапоги, собираясь лезть в воду. К Литу подошла Рата:
— Мы маленького на корабль отправим. Там тепло и тихо. Согласен?
Лит кивнул. Если доверяешь, так доверяй. Кроме того, отказать девушке вообще невозможно, пока ее волшебная улыбка перед глазами так и стоит. Истинно колдунья. Кто бы мог подумать, что некромантки такими красивыми бывают?
К лодке Малого понесла белокурая Лот-Та. В тяжелых работах она участия не принимала и Лит догадался почему, когда увидел, как некромантка мимоходом погладила подругу по животу. В тяжести красавица. Видать, к мужу везут. Малый на руках у молодой женщины неожиданно завопил, испуганно потянул лапку к Литу.
— Малость без меня поспишь, — строго сказал Лит. — Держи себя в руках. Не позорься.
Девушки удивленно смотрели. Малый насупился, но вопить перестал. Лит шагнул в воду, поставил в лодку короб:
— Он в нем хорошо спит. Суньте, если что.
— Без волнований, — заверила белокурая.
Наработался Лит вволю. Казалось, речники возиться будут, так наоборот, — пришлось углежогу-вальщику поднапрячься, чтобы заминки не было. Трое ныряльщиков и костяк Авель в ледяной воде работали споро, вроде и без слов понимая как бревна сбивать и крепить. Дружно выпрыгивали к костру, грелись, лезли снова в воду. С корабля им помогали баграми Лот-Та и селк. Вроде и холодно никому не было.