-Пусти меня, урод!
Полина вслепую боднула тварь, услышала, как обидчик звучно клацнул зубами, и наподдала ещё ногой, после чего выбралась из лап и попыталась хотя бы отползти от поверженного монстра. Но гад протяну свою лапу и цапнул её за щиколотку. Большой, со всклокоченной шерстью на голове, и на тонком человекообразном теле браслеты и ошейник в свете выглянувшей луны серебрятся.
Бац! Лягаться девчонка умела не хуже, чем бодаться. Монстр взвыл, схватился за ударенное - животное или нечисть, но больно ему было, как самому настоящему человеческому дядьке - и выплюнул несколько сдавленных проклятий пополам с ругательствами.
-М-малявка, чтоб тебя...
Чудовище мотнуло гривой, убрало вечно всклокоченные волосы с глаз, мрачно зыркнуло на облепленную листвой и ветками Полину, протянуло лапы к шее девушки, но в последний момент передумало душить - только суставы в пальцах хрустнули, сняло шкуру, то есть, куртку со светоотражающими полосками на воротнике и рукавах, и пришлёпнуло её девчонке на голову. Знакомо запахло компостом.
-Вил? Ты что здесь забыл?
-Прости, не понимаю, что ты там хрюкаешь.
Полина откашлялась, завернулась в куртку, сразу стало тепло и не страшно.
-Ты откуда здесь взялся?
-Мимо пролетал,- Вил смачно облизнулся,- девственницу на закуску искал, а тут ты орёшь, будто тебя потрошат. Дай, думаю, проверю, может, не всю ещё схарчили.
-Дурак!
-Ещё и какой,- сварливо согласился парень.- Никогда не думал, что буду как сайгак носиться по нашим ухабам, спасать какую-то малявку. А она меня ещё и отметелит в благодарность.
Её поставили на ноги, довольно грубо обтрусили, проверили на предмет ушибов и ранений. Без всякого почтения задрали куртку и прошлись по спине. Ах да, по раненой, истерзанной когтями...
-Как ты могла веткой так спину располосовать?
-Это когти одной жуткой твари,- Полина независимо отступила на шаг, споткнулась, Вил раздражённо подтащил её к себе.- Я чудом вывернулась.
-И что же это был за монстр такой?- Вил сделал страшные глаза, но недоверчивый смешок сдержать не смог. Полина почувствовала, что закипает.
-Оборотень!- досадливо брякнула она.- Самый настоящий!
-Ого! Правда?- Вил всё же не удержался и хрюкнул.
-Нет, это плод моей больной фантазии!!! Большой и клыкастый!
Его попытались ударить, но он легко увернулся, аккуратно застегнул молнию на своей куртке, упаковывая бушующую девчонку, надо признать, справедливо бушующую - в рукава она руки так и не продела, подтянул к себе, полюбовался на раскрасневшуюся от злости мордашку. Полина замерла. Лицо её вдруг стало ещё более красным, жар залил даже лоб и шею. Он провёл пальцем по её профилю, вниз к шее, почувствовал, как та судорожно дёрнулась, словно проталкивая застрявший воздух. Наконец-то перестала шуметь... Вил усмехнулся, склонился над подавшейся вперёд девчонкой. И прежде, чем она опять раскашлялась от волнения, в самое ухо ехидно прошептал:
-Конечно это плод твоей больной фантазии.
Полина вспыхнула. Но тут же пришла в себя, вернула ехидную ухмылочку, и прежде, чем Вил успел сообразить что к чему, поднялась на носочки и поцеловала его в щёку. Вернее, хотела в щёку, но в темноте промазала, и звучный чмок пришёлся в самый кончик носа.
-Всё равно спасибо.
Вил недоумённо коснулся места поцелуя.
-Э, не за что, наверно. Ладно, пошли.
-Постой! Я кулон потеряла.
-Мне очень жаль. Пошли.- Вил мягко, но настойчиво потянул девчонку за пустой рукав.
-Он где-то здесь, постой минутку.
Полина высвободилась, неуверенно подступила к холму, с которого минуту назад скатилась. Вил ещё раз тихонько ругнулся.
-Ладно, стой здесь, всё равно ничего не видишь, слепота куриная.
-Можно подумать, ты видишь больше,- буркнула девчонка, удобней упаковываясь в куртку.
Парень проворно взбежал по склону, присел у разлапистой коряги, в темноте казавшейся раздувшимся осьминогом.
-Ты, должно быть, забыла, что я ночная тварь. Я привык к темноте, видишь?
В ладони блеснуло золотой искрой. И отразилось в глазах стоявшей на холме гадины. Никуда стая не делась, они благополучно догнали жертву, дав ей всего лишь короткий передых. Глухо щёлкнули челюсти. Одни, вторые, третьи клацнули совсем рядом, из-за кустов, там же, где и четвёртые - они не просто гнали, они загоняли. Загнали. И они действительно напоминали оборотней из дедушкиных страшилок - мохнатая скалящаяся туша бесшумно распласталась в воздухе и полетела вниз, прямо на оцепеневшую Полину.
-Беги, дура!
И Полина побежала. Мимо гулко клацнувших челюстей притаившегося в зарослях оборотня, мимо второго, то ли выскочившего из лещины, то ли просто соткавшегося из темноты. В уши вломился хруст ломаемых костей и жуткий вой, и Полина не была уверена, что выла та тварь, хотя и не знала, способен ли человек на подобные звуки.
В горле пересохло. Полина закашлялась и врезалась в дерево. Дерево с радостью распустило ветви и... полезло обниматься, явно желая пересчитать все рёбра! Чёрт, чёрт, чёрт, а ведь она только перестала верить в сказки, а тут сразу столько новых впечатлений! Дурацкий Вил, дурацкий лес, дурацкая ситуация!..
-И-иииииии!!!
Полина зажмурилась и от всей души съездила мерзкому созданию туда, куда бы съездила обычному дядьке - то ли рефлекс врожденный, то ли вбитые дедом инстинкты. Дерево взвыло нечеловеческим голосом (ещё бы этот пенёк выл человеческим голосом!), естественно обиделось - сжало узловатые ветки и треснуло по макушке кулаком, да так, что в глазах зарябило. И заорало дурным голосом:
-Мать твою, ты что вытворяешь, мелочь пархатая?!
За всю свою богатую на события жизнь Вил совершил бесчисленное количество глупостей - самой яркой из которых был побег из дома с целью увидеть солнце. Удивительно, что лучи не полностью спалили ему лицо, хотя врачам потом пришлось попотеть, чтоб восстановить кожу. Вил вырос, поумнел. Как он думал до сего дня, ибо после произошедшего считать себя умным (да хотя бы просто адекватным!) может только законченный идиот!
Затаившийся на холме волк прыгнул так стремительно, что Вил просто не успел обдумать ситуацию, только и крикнул этой дурынде, чтоб уносила поскорей свою тощую задницу; выбросил вверх руки и вцепился в мелькнувшие над головой лапы. Как только кости из суставов на вырвало?! Хищник удивлённо вякнул, перекувыркнулся через голову и покатился под горку, увлекая за собой не успевшего разжать пальцы Вила. Рванули по груди загнутые когти-крючья, вспарывая кожу, словно кисею, захрустели волчьи рёбра, не выдержав свалившегося сверху человека. Тела словно пришпилило одно к другому, да так и понесло вниз, яростно бросая на камни, ветки и друг друга. Животное почуяло человеческий страх, завозилось, пытаясь взять верх над противником прежде, чем спуск завершится. Уши заложило диким яростным пульсом. Парень изо всех сил рванул вбок, пытаясь хотя бы отлепиться от гарчащей, точно нечистый в неё вселился, твари. Мигнули злые жёлтые глаза. В тот миг Вил был готов поверить, что сцепился с оборотнем.
Фшшух... Взметнулись сухие листья на тропинке. В нос ударил спёртый запах волчьей шерсти. Вил на мгновение задохнулся. Серый победитель тяжело поставил ему на исполосованную грудь лапы. Как всё по-дурацки вышло! Он даже не успеет рассказать этой малявке, что действительно был готов поверить во все те бредни, которыми она кормила его последнюю неделю, когда увидел тоскливые волчьи глаза, не успеет выиграть у Дика и тот не будет катать его за это на собственном горбу, громко матерясь на того дурака, который поставил такое дебильное условие, хотя сам же когда-то ещё в детстве и предложил подобное извращение. Всё, конец. Не будет больше ночных прогулок по лесу, пристальных взглядов Бульдога и потасовок с придурком Диком. И не будет больше шанса хоть раз, хотя бы одним глазком, всё-таки увидеть солнце... такое яркое, такое светлое, такое горячее... тёплое... такое... именно такое, как сейчас...