— Слушай, а ты в духов веришь? — спросил Сашка.
— Неа, бред это все. — Я осмотрелся по сторонам и подвинулся к нему поближе. — Байки для трусов.
— А мне бабушка рассказывала, что в молодости она видела одного. — Сашка причмокнул языком, и я вздрогнул от неожиданности. — Типа, у них на работе одна женщина умерла — вены себе перерезала от горя. А потом ее дух явился и всех перепугал. Бабушка не одна ее видела, их несколько человек было. Как тут не верить?
— Ты дебил совсем? — Я врезал ему кулаком в плечо.
Сашка рассмеялся, склонив голову до колен:
— Ну и рожа у тебя! Жаль, что никто не видит больше. — Тут он резко замолчал, вытянув шею, как у гуся. — Тихо. Слышишь?
Я прислушался. Ветки захрустели, приближая оживленные голоса.
— Идет кто-то, — прошептал я.
— Фрол. Его голос.
На дорожке появились три фигуры и три красных маленьких огонька.
— Что делать будем? — Этот вопрос меня сейчас очень волновал.
— Дальше сидеть. Мы первые пришли. — Сашка слез с подоконника и поправила штаны.
Голоса стали ближе, шорох мелких камней эхом долетел до второго этажа. Свет включившегося фонаря осветил лестничный проем.
— Поднимаются, — тихо сказал Сашка, и я поспешил встать на ноги.
— О! Ребята, да тут гости! — Олег Фролов направил нам в лица луч света.
— Это вы тут гости, — ответил я.
— Пасть свою завали, жирный! — Он оскалился. — А кощей кудрявый где? Срать, что ли, пошел?
— Смотри, как бы ты срать не пошел, — сказал ему Сашка. — Ладно, нам проблемы не нужны. Насиделись уже. Как раз уходить собирались.
Сашка кивнул мне, и мы пошли к лестнице. Троица встала в ряд, преградив нам путь. Я попытался протиснуться между Денисом и Никитой, задев последнего плечом.
— Куда прешь, толстяк? — Никита толкнул меня в грудь.
— Тебе ясно сказали, нам пора! — Я пихнул его в обратную.
Он тряхнул головой, отпрыгнул в сторону и заехал мне в глаз кулаком.
— Вы что творите, мрази? — услышал я голос Сашки.
Он кинулся на Никиту и сбил его с ног. Фрол навалился сверху, схватив Сашку за куртку. Треск рвущейся ткани заставил меня распрямиться. Я сжал кулаки и принялся молотить всех, в кого получалось попасть. Сашка оказался на полу, придавленный сразу двумя. Никита вскочил на ноги, но я отправил его обратно, отдохнуть немного. Он застонал, видимо шибанувшись башкой об бетон.
Тем временем Сашка, лежа на спине, колотил по лицу Дениса, который не успел ни опомниться, ни сгруппироваться. Я схватил Фрола за свитер, тряханул как следует, но тут же словил второй удар в лицо.
— Сука! — процедил я сквозь зубы, занося руку кверху, не глядя, куда бью.
Сашка выбрался, поднялся на ноги и прыгнул Фролу на спину. У него такие трюки особенно хорошо получались — лет с семи он занимался футболом и волейболом. Фрол заскулил, как собака. Денис тем временем тоже успел принять вертикальное положение.
— Харэ! — заорал Денис, и Саша разжал хватку. — Валите отсюда!
— Мы вам сразу это и предлагали! — Сашка попытался приделать на место надорванный лоскут ткани на рукаве, но тот повис обратно. — Ублюдки чертовы!
Я тяжело дышал, держась за разбитый глаз рукой. Кое-как нащупав в темноте ступеньки, мы вышли с заброшки и поплелись в сторону дома.
— Круто посидели. — Сашка остановился перед входом в парк и принялся растирать колени. — Ты вообще красавчик! Эх, вот бы зеркало сейчас сюда!
— Заткнись и иди.
Я дал ему пинка под зад и пошел вперед, стараясь разглядеть дорогу.
Глава 2
Саша Жигалов, 2002 год
Меня разбудил грохот на кухне. Керамические чашки бились друг об друга на тесной сушилке, шкафчики закрывались так, словно виноваты во всех смертных грехах, но я знал, что они тут ни при чем. Виноват был я. И маме не терпелось сообщить мне об этом.
Мы жили вдвоем, и так как я еще спал, обсудить произошедшее ей было не с кем. Я открыл глаза и посмотрел на дверь — приоткрыта. Значит, она заходила. Я прислушался. Кухня располагалась за стеной, и я по шагам мог определить, где именно мама находится. Вот она пошла в сторону окна — шаги сделались глухими и стихли вовсе. Остановилась. Открыла холодильник, значит, готовит завтрак. Снова шаги, опять холодильник. А это тяжелый лязг металла — достала сковородку. Через несколько секунд зашипело масло и что-то разбилось, затем снова — значит, на завтрак сегодня яичница. Снова запели чашки и захлопали дверцы — дошла очередь до кофе.