Как же ей повезло, что наследница не она! Пусть Берти оправдывает матушкины надежды и поддерживает её фантазии, ей, Даниэль, и запасной дочерью неплохо. А если и жених попадётся хороший, без амбиций её матушки, умный и порядочный, то она замуж не пойдёт, а побежит!
Только бы подальше от семьи, где её считают некрасивой, нерасторопной, бесполезной виновницей всех неприятностей и бед.
*айс — мера длины, равная полутора километрам.
Глава 3
Отдав распоряжения прислуге, Даниэль задумалась — а что если она прямо сейчас сбежит в свою комнату?
Ужасно не хотелось возвращаться в гостиную и снова выслушивать, какая она неправильная. Но не сочтёт ли распорядитель, что, внезапно исчезнув, младшая тьера проявила к нему неуважение?
Матушка и так расписала младшую дочь хуже некуда… Вдруг граф оскорбится? Ведь он может здорово осложнить ей жизнь. По крайней мере, на Первом балу.
Нет, придётся возвращаться.
Пока Даниэль размышляла, в коридоре появилась служанка с подносом в руках.
Решение пришло мгновенно.
— Давай мне, я сама отнесу! — если она будет занята, то матушка, наверное, не станет к ней придираться?
Пусть себе хвалит безупречную Альбертину, а младшая дочь тем временем, расставит принесённое и скромно сядет в сторонке. Да и распорядитель увидит, что Даниэль вовсе не белоручка. И не неумеха, какой её расписала матушка.
Нести тяжёлый поднос оказалось не так уж и легко — он так и норовил выронить содержимое! Чашки тихо позвякивали, сливочник угрожающе кренился, сахарница отъехала к самому краю… А ей ещё идти целый коридор и одну лестницу!
Дани почувствовала, что её руки дрожат от напряжения. И как только служанки справляются?! Со стороны это выглядит так просто, а ведь прислуге приходится носить и более нагруженные подносы!
Воровато стрельнув взглядом — не видит ли кто? — Даниэль выплела заклинание. Матушка запрещала ей магичить, если дома были посторонние. Постоянно напоминала, что Даниэль родилась на свет, благодаря Альбертине.
— Это не твоя личная магия, — строго втолковывала она девочке, — это родовая сила! И раз тебя родили только ради Берти, то и твоя сила принадлежит ей, как наследнице дара! Не смей тратить её на всякую чепуху!
Но если она сейчас чуть-чуть себе не поможет, то рискует просто не донести этот поднос!
Девушка убедилась, что её никто не видит, и отпустила магию.
Уф! Так намного лучше!!!
Теперь ноша плыла по воздуху, и девушке только оставалось её придерживать и направлять в нужном направлении.
Настроение сразу улучшилось, захотелось петь и кружиться. Распорядитель здесь ненадолго, он выпьет чаю и покинет дом. И матушке снова будет не до младшей дочери, ведь графиня всерьёз решила выдать Альбертину замуж за принца!
Все предшествующие переезду дни графиня проводила, вырабатывая стратегию и тактику по завоеванию ценного приза. Для Берти готовились лучшие наряды и украшения, бесконечное число раз репетировались реверансы, милые жесты, призванные обратить на себя внимание мужчины. Как-то — лёгкий наклон головы, словно девушка задумалась или немного грустит. Трепетный взмах ресниц. Нежный и беззащитный взгляд…
Даниэль давилась от смеха, стоило ей послушать рассуждения сестры и матушки — нет, ну неужели они думают, что мужчины в целом и принц в частности настолько примитивные существа? Неужели на самом деле уверены, что стоит помахать ресницами, томно повздыхать и «случайно» споткнуться, упав прямо в руки, как его высочество тут же сделает предложение?
Кроме всего прочего, в этом Сезоне Альбертина окажется не единственной охотницей на принца. Тьера Лайонела будет окружать не один десяток «трепетных ланей», причём, каждая с хваткой голодного крокодила и ослиным упрямством.
Принцу можно только посочувствовать…
Как же хорошо, что она родилась второй!!!
Даниэль, ускорила шаг, тихонько напевая себе под нос. И влетела в какое-то препятствие, едва успев спасти ношу от падения.
— Ой! — хорошо, что на её испуг магия отреагировала мгновенно, поднос тут же взлетел под потолок и замер.
Но обезопасить себя Даниэль уже не успевала, поэтому зажмурила глаза, ожидая неминуемого столкновения и…
И почувствовала, как её подхватывают крепкие руки.
Тишина.
Собственное сердце Даниэль испуганно сжалось, пропуская удар, а вот кровяной насос «препятствия» работал сильно и ровно, словно ничего такого не произошло. Она ощущала эти удары щекой, вынужденно прижавшись к груди мужчины.
Сердце Даниэль трепыхнулось, словно попавшая в силки птичка, девушка отмерла и задёргалась, пытаясь освободиться.