Дима пытался поймать мой взгляд, но я этого упорно избегала. Не хотела больше смотреть на него, хватит...
– Я помогал им деньгами, и все! Я клянусь, Маш. Никогда больше не спал с Ритой, я только тебя люблю...
– Юля очень на тебя похожа, – безжизненно прошептала, испытывая душевную боль. – Девочке нужна помощь. Сделай хоть что-то хорошее в этой жизни. Помоги своему ребенку. А вам с Ритой. Совет да любовь. Вы прекрасная пара. Два лжеца.
Бросив это, я сломанной куклой побрела к выходу из комнаты. На душе было горько. В глазах стояли слезы.
– Надеюсь, ты понимаешь, что я не буду жить с твоей Ритой под одной крышей, – холодно сказала я, не оборачиваясь. – Собери вещи сам и уходи. Я не прощу...
– Маш ...
Громко захлопнула дверь в ванную, отрезая себя от всего мира и Димы! Тело содрогалось от рыданий, пока я сползла по дверному полотну на прохладный кафельный пол.
Если бы я только могла тогда подумать, что все сложится таким образом, тоже скрыла бы от Димы свою беременность...
Глава 11
Мария
Почти пять лет назад.
Дверь за Димой давно захлопнулась, а я все не могла пошевелиться. Стояла в коридоре и словно вся жизнь во мне замерла, как-то оборвалась. В ушах, как на повторе стояли его злые слова.
На душе было тяжело, еще и живот разболелся. Отмерев, как робот отправилась в кухню, где остывал вкусный ужин.
Я старалась преподнести самую долгожданную и чудесную для меня новость красиво и в торжественной обстановке. Но любимый не оценил.
Как оказалось, для него это вовсе не желанное событие. Никогда в жизни я не могла бы себе представить, что мой любимый муж отправит меня на аборт.
Я вновь поморщилась, видимо, перенервничала, вот живот и разболелся. Решив поскорее все убрать со стола, чтобы прилечь, встала и занялась привычным делом, вновь параллельно прокручивая в голове слова Димы.
В душе я не верила, что он способен такое сказать. Мой отзывчивый, ласковый и веселый муж не мог так отреагировать на новость о моей беременности.
Видимо, он испугался. Я знала, что Дима из неблагополучной семьи. Его родители выпивали, не работали и часто сдавали его в социальный центр, где он какое-то время жил, как в интернате.
По его рассказам, в их доме часто не было еды, зато почти всегда была выпивка и шумные компании. Мой муж начал работать с четырнадцати лет, брался за любые дела, лишь бы были деньги на одежду, учебники и еду.
Его никто не воспитывал, не любил и тем более, не помогал в жизни. Когда Диме было семнадцать, он вернулся домой с очередной подработки и застал отца рыдающим над уже посиневшим телом матери. Из ее груди торчал огромный нож. Вот так закончилась их очередная пьянка.
Его тогда посадили, мать кое-как похоронили, а подростка Диму определили в интернат. Где жизнь его была несладкой.
Возможно, с этим связаны его страхи насчет детей. Мне было ужасно больно и обидно, душа буквально кровоточила, но я все равно пыталась найти оправдание его словам.
Закончив с уборкой, почувствовала нечеловеческую усталость. Я вымоталась прежде всего морально.
Не раздеваясь, легла в кровать поверх мягкого пледа и завернулась в него, как в уютный кокон. В сон провалилась очень быстро, а когда вынырнула, показалось, что прошло всего пару минут.
На улице была глубокая ночь. И со мной что-то было не так. Прислушавшись к себе, ощутила в низу живота тянущую боль, а еще я словно в луже лежала.
Судорожно откинув одеяло, нащупала телефон и посветила на свои бёдра. Волна ужаса затопила сознание, из горла вырвался громкий крик.
Все вокруг меня было испачкано кровью, моей.
Руки затряслись, в панике несколько раз набрала Диме, но он не ответил. А мне он так нужен был в тот момент...
Каким-то чудом я сообразила, что нужно вызвать скорую помощь и позвонить сестре. Диспетчер принял вызов, и уже через десять минут, меня на носилках вынесли из нашего с Димой дома, как оказалось, я вечером даже дверь не заперла.
– Так –так, – приговаривала доктор, устало водя датчиком УЗИ по моему животу, – Ага, – эти ее присказки порядком раздражали, но я молчала. – Ну что теперь? А ничего ...
Она явно не знала, как сказать мне страшные слова, но я не была дурой и прекрасно понимала, что вряд ли смогла сохранить свою беременность после такого обильного кровотечения.