Через некоторое время мы перешли к классике, и он поведал нам о своей любви к Бетховену.
Мег рассказала о своих глубоких чувствах к творчеству Шопена.
По её словам, она всегда любила Шопена, а в Канаде даже стала зависимой от него, потому что музыка Шопена была единственным, что могло успокоить её собак, Гая и Богарта.
Она ставила им Шопена днем и ночью.
Па сочувственно улыбался.
Когда заканчивался одно произведение, он быстро ставил на приёмнике другое и начинал напевать или настукивать ногой следующее. Па в тот вечер был беззаботен, остроумен, очарователен, а я только изумлённо качал головой. Я знал, что он любит музыку, но никогда не думал, что настолько.
Мег пробудила в нём так много качеств, которые я редко наблюдал! В её присутствии па становился мальчишкой. Я видел это, видел, как крепнет связь между ними, и ощущал, что укрепляется и наша с ним связь. Так много людей поступали с ней низко, что сердце наполнялось радостью, когда я видел, что отец обращается с ней как с будущей принцессой. Может быть, она и родилась для этого.
41
После всего стресса, когда я спрашивал у бабушки разрешения жениться на Мег, я думал, что у меня никогда не хватит смелости попросить её о чем-то ещё.
И все же, теперь я осмелился попросить ещё кое о чём: Бабушка, можно мне на свадьбу не брить бороду?
Это тоже не пустяковая просьба. Некоторые считали бороду явным нарушением протокола и давних норм, тем более что я собирался надеть на свадьбу военную форму, а бороды были запрещены в британской армии.
Но я больше не был в армии и отчаянно хотел ухватиться за то, что стало эффективным средством борьбы с моей тревогой.
Это было нелогично, но правда. Я отрастил бороду во время путешествия на Южный полюс и сохранил её после возвращения домой. Это помогало мне успокоить нервы наряду с терапией, медитацией и некоторыми другими вещами. Я не мог этого объяснить, хотя нашёл статьи, описывающие это явление. Может быть, это было чем-то по Фрейду — борода как защитное одеяло. Может быть, это было по Юнгу — борода как маска. Как бы то ни было, мне стало спокойнее, а в день свадьбы мне хотелось чувствовать себя как можно спокойнее.
Кроме того, будущая жена никогда не видела меня без неё. Ей нравилась моя борода, ей нравилось хватать её и притягивать для поцелуя. Я не хотел, чтобы она шла по проходу и увидела совершенно незнакомого человека.
Я объяснил всё это бабушке, и она сказала, что понимает меня. Кроме того, её собственный муж время от времени любил немного пошалить. Да, сказала она, можешь не сбривать бороду. Но когда я рассказал об этом брату, он… ощетинился?
Не делай так, сказал он. Военные, правила и так далее.
Я кратко преподал ему урок истории. Упомянул многих членов королевской семьи, которые были бородатыми, но носили форму: король Эдуард VII, король Георг V, принц Альберт, совсем недавно и принц Майкл Кентский.
Я любезно отослал его к Google Images.
Это другое, сказал он.
Когда я сообщил ему, что на самом деле его мнение не имеет значения, так как я уже получил разрешение у бабушки, он пришел в ярость и стал кричать.
Ты пошёл и спросил её?
Да.
И что сказала бабушка?
Она разрешила не сбривать бороду.
Ты поставил её в неудобное положение, Гарольд! Ей ничего не оставалось, как разрешить.
Ничего не оставалось? Она королева! Если бы она не хотела, чтобы я оставил бороду, она бы сказала об этом.
Но Вилли всегда считал, что бабушка питает ко мне слабость, что она потакает мне, одновременно предъявляя ему невероятно завышенные требования. Потому что… есть Наследник, Запасной и т.д. Его это раздражало.