Более того, теперь они хотели, чтобы имена ранее неназванных друзей Мег были зачитаны в официальном судебном протоколе, чтобы уничтожить их. Мег была полна решимости сделать всё,
что в её силах, чтобы предотвратить это. Она не спала допоздна, вечер за вечером, пытаясь придумать, как спасти их, и теперь в наше первое утро в новом доме она сообщила о болях в животе.
И о кровотечении.
Потом она рухнула на пол.
Мы помчались в местную больницу. Когда доктор вошла в палату, я слышал ни слова из того, что она сказала, я просто смотрел на её лицо и на язык ее тела. Я уже знал. Мы оба знали. Было слишком много крови.
Тем не менее, услышать эти слова было страшно.
Мег схватила меня, я держал её за руку. Мы оба плакали.
В своей жизни я чувствовал себя полностью беспомощным только 4 раза.
На заднем сиденье машины, пока мама, Вилли и я убегали от папарацци.
В "Апаче" над Афганистаном, когда не мог получить разрешение на выполнение своих обязанностей.
В Нотт Котт, когда беременная жена собиралась покончить с собой.
И сейчас.
Мы вышли из больницы с нашим нерожденным ребенком. В крошечном пакете. Мы пошли в место — тайное место, известное только нам.
Под раскидистым баньяном, пока Мег плакала, я собственноручно выкопал яму и аккуратно опустил крошечный сверток в землю.
83
Пять месяцев спустя. Рождество 2020.
Мы взяли Арчи, чтобы присмотреть рождественскую ёлку. В Санта-Барбаре за такими надо поохотиться. Мы купили одну из самых больших елей, которые нам могли предложить.
Мы принесли её домой и поставили в гостиной. Великолепно. Мы сделали шаг назад, любуясь на нее, считая наши дары от Бога: новый дом, здоровый ребёнок. Кроме того, мы подписали несколько корпоративных партнёрских соглашений, которые дали бы нам возможность возобновить работу, привлечь внимание к делам, которые нам небезразличны, и рассказать то, что мы считали жизненно важным. И платить за нашу безопасность.
Это был канун Рождества. Мы общались по FaceTime с несколькими друзьями, в том числе с несколькими в Великобритании. Мы смотрели, как Арчи бегает вокруг дерева.
И мы открывали подарки. Продолжая семейную традицию Виндзоров.
Одним из подарков было маленькое рождественское украшение в виде… королевы!
Я взревел. Что за…?
Мег углядела его в местном магазине и подумала, что оно может мне понравиться.
Я поднёс его к свету. Это было лицо бабушки. Я повесил его на ветку на уровне глаз. Я был счастлив видеть её там. Мег улыбнулась. Но тут Арчи, играя вокруг дерева, толкнул подставку. Ёлку тряхнуло, и бабушка упала.
Я услышал удар и обернулся. Осколки лежали по всему полу.
Арчи подбежал и схватил пульверизатор. По какой-то причине он думал, что если побрызгать водой на осколки, они склеятся.
Мег сказала: Нет, Арчи, не пшикай воду на Ган-Ган!
Я схватил совок и подмёл осколки, не переставая думать: Как это странно.
84
Дворец объявил, что пересмотрел наши роли и соглашения, достигнутые в Сандрингеме.
Отныне нас лишали всего, кроме нескольких привилегий.
Февраль 2021.
Они забрали всё, подумал я, даже мои военные звания. Я больше не был бы генерал-капитаном Королевской морской пехоты — титул, переданный мне дедом. Мне больше не разрешат носить парадную военную форму.
Я сказал себе, что они никогда не смогут отнять мою настоящую форму или моё настоящее звание. Но всё же.