Нет! Ручка. Шариковая ручка! Королевство за ручку!
А-а… ручка. Ух ты!
Каким-то образом я нашел какую-то ручку. Следующей задачей было найти место для написания записки.
Я ушёл под дерево.
Задумался. Я смотрел в пустоту. Я писал:
Эй, красавица. Сдаюсь, ты поймала меня. Я не могу перестать думать о тебе, я скучаю по тебе. Сильно. Телефон утонул в реке. Грустно… Кроме того, я отлично провёл время. Жаль, тебя здесь нет.
Майк ушёл с письмом в руке.
Несколько дней спустя, завершив лодочную часть путешествия, мы вернулись в Маун.
Мы встретились с Тидж, которая тут же сказала: Расслабься, я уже получила ответ.
Значит, это был не сон. Мег была настоящей. Всё это было реально.
Среди прочего, Мег сказала в ответе, что ей не терпится поговорить со мной.
Ликуя, я отправился на вторую часть поездки в лес Мореми. На этот раз я принёс спутниковый телефон. Пока все заканчивали ужин, я нашёл поляну и залез на самое высокое дерево, думая, что приём будет лучше.
Я набрал Мег. Она ответила.
Прежде чем я успел заговорить, она выпалила: Я не должна этого говорить, но я скучаю по тебе!
Я тоже не должен этого говорить, но тоже скучаю по тебе!
А потом мы просто смеялись и слушали дыхание друг друга.
9
На следующий день я почувствовал огромное давление, когда сел писать следующее письмо. Парализующий случай писательского блока. Я просто не мог найти слов, чтобы выразить волнение, удовлетворение, тоску. Мои надежды.
Если уж я лишён лирического таланта, то мог бы придать письму красивый вид.
Увы, я не был в месте, благоприятствующем декоративно-прикладному искусству. Поездка теперь переходила к третьему этапу — 8-часовой поездки в никуда.
Что делать?
В перерыве я выпрыгнул из грузовика и побежал в кусты.
Спайк, ты куда?
Я не ответил.
Что с ним?
Бродить по этим местам не рекомендуется. Мы были глубоко в стране львов. Но я был одержим поиском… чего-нибудь.
Я спотыкался, шатался, ничего не видел, кроме бескрайней бурой травы. К какому чёрту на рога мы забрались?
Ади учил меня искать цветы в пустыне. Когда дело касалось терновника, он всегда говорил: проверяй самые высокие ветки. Так я и сделал. И конечно же, нашёл! Я взобрался на терновник, сорвал цветы, положил их в мешочек, висевший на плече.
Позже по дороге мы попали в леса мопане, где я заметил две ярко-розовые лилии.
Я тоже их сорвал.
Вскоре я собрал небольшой букет.
Вот мы и подошли к выжженной недавними пожарами части леса. Среди обугленной земли я заметил интересный кусок коры свинцового дерева. Я схватил его и сунул в сумку.
Мы вернулись в лагерь на закате. Я написал второе письмо, подпалил края бумаги, окружил её цветами и вложил в обожжённую кору, а затем сфотографировал на телефон Ади. Я отправил это Мег и считал секунды, пока не получил ответ, который она подписала «Твоя девушка».
Путём импровизации и абсолютной решимости мне каким-то образом удавалось на протяжении всей поездки оставаться на связи. Когда я, наконец, вернулся в Великобританию, я испытал огромное чувство выполненного долга. Я не позволил промокшим телефонам, пьяным приятелям, отсутствию мобильной связи или десятку других препятствий испортить начало этого прекрасного…
Как это назвать?
Сидя в Нотт Котт в окружении сумок, я смотрел на стену и задавал себе вопросы. Что это? Как это назвать?
Это…
То самое?
Я нашел её?
Наконец-то?
Я всегда говорил себе, что существуют твёрдые правила отношений, по крайней мере, когда дело касалось членов королевской семьи, и главное из них заключалось в том, что обязательно нужно встречаться с женщиной в течение 3 лет, прежде чем делать решительный шаг. Как ещё можно её узнать? Как ещё она может узнать о тебе и твоей королевской жизни? Как ещё вы оба можете быть уверены, что именно этого и хотите, что сможете это всё вынести?
Такое подходит не всем.
Но Мег казалась блестящим исключением из этого правила. Исключением всех правил. Я её сразу узнал, а она узнала меня. Настоящего меня. Может показаться опрометчивым, подумал я, может показаться нелогичным, но это правда: впервые я действительно почувствовал, что живу по-настоящему.
10