Всем жалобщикам было сказано: Такова война.
Мне нравилось видеть па, нравилось чувствовать его гордость, и я чувствовал себя воодушевлённым его похвалой, но я должен был вернуться к работе. Я был на задании, не мог сказать «Тайфуну», чтобы он подождал минутку.
Да, да, дорогой мальчик, возвращайся к работе.
Он уехал. Когда он выехал на трассу, я сказал Тайфуну: Новая цель. Серая Ауди. Направляется на юго-восток от моей позиции по трассе. К большому серебристому сараю, ориентированному на восток-запад.
«Тайфун» проследил за па, сделал низкий проход прямо над ним, чуть не разбив стекла его Ауди.
Но в итоге пощадил его. По моему приказу.
Он продолжил полёт и разнёс серебристый сарай в пух и прах.
8
Англия вышла в полуфинал Кубка мира по регби 2007 года. Никто не мог этого предсказать. Никто не верил в то, что Англия в этот раз будет на высоте, а теперь они были на грани победы. Миллионы британцев были охвачены регбийной лихорадкой, в том числе и я.
Поэтому, когда в октябре того года меня пригласили посетить полуфинал, я не раздумывал. Я сразу же согласился.
Бонус: в том году полуфинал проходил в Париже — городе, в котором я никогда не был.
Мне предоставили водителя, и в первую же ночь в Городе Света я спросил его, знает ли он туннель, где мама...
Я видел, как его глаза в зеркале заднего вида вылезли из орбит.
Он был ирландцем, с добродушным, открытым лицом, и я легко уловил его мысли: Какого черта? Я на это не подписывался.
Туннель называется Пон-де-л'Альма, сказал я ему.
Да, да. Он знал его.
Я хочу проехать через него.
Хотите проехать через туннель?
Со скоростью 65 миль в час, если быть точным.
65 миль/час?
Да.
Именно с такой скоростью, по мнению полиции, ехала машина мамы во время аварии. А не 120 миль в час, как первоначально сообщалось в прессе.
Водитель посмотрел на пассажирское сиденье. Билли Скала мрачно кивнул. Валяй. Билли добавил, что, если водитель когда-нибудь расскажет другому человеку о нашей просьбе, мы найдём его, и его ждет адская расплата.
Водитель торжественно кивнул.
Мы поехали, пробираясь через пробки, проезжая мимо "Ритца", где мама в тот августовский вечер последний раз ужинала со своим парнем. Затем мы подъехали к устью туннеля. Мы промчались вперёд, переехали через выступ на въезде в туннель, тот самый выступ, на котором, предположительно, мамин "Мерседес" отклонился от курса.
Но там ничего такого не было. Мы его почти не почувствовали.
Когда машина въехала в туннель, я наклонился вперёд и смотрел, как свет меняется на водянисто-оранжевый, как мимо мелькают бетонные столбы. Я считал их, считал удары своего сердца, и через несколько секунд мы выехали с другой стороны.
Я сел обратно. Тихо сказал: И это всё? Но тут... ничего такого нет. Просто прямой туннель.
Я всегда представлял себе туннель как некий коварный проезд, опасный по сути, но это был всего лишь короткий, простой, ничем не примечательный туннель.
Как тут можно погибнуть?
Водитель и Билли Скала не ответили.
Я выглянул в окно: Повторим.
Водитель уставился на меня в зеркало заднего вида. Опять?
Да. Пожалуйста.
Мы проехали туннель ещё раз.
Достаточно. Спасибо.
Это была плохая идея. У меня было много плохих идей за 23 года, но эта была абсолютно непродуманной. Я говорил себе, что хочу поставить точку, но на самом деле это было не так. В глубине души я надеялся почувствовать в этом туннеле то, что почувствовал, когда JLP отдал мне полицейские документы — неверие. Сомнение. Вместо этого, в тот вечер все сомнения отпали.
Она мертва, подумал я. Боже мой, она действительно ушла навсегда.
Я нашёл то, что, казалось, искал. Сомнений больше не оставалось. И теперь мне с этим жить.
Я думал, что проезд по туннелю приведёт к концу или кратковременному прекращению боли, десятилетия непрекращающейся боли. Но вместо этого началась "Боль, часть вторая".
Было около часа ночи. Водитель высадил меня и Билли у бара, где я пил и пил. Там было несколько приятелей, и я пил с ними, а с несколькими чуть не подрался. Нас выгнали из паба, и Билли Скала проводил меня обратно в отель. Я чуть не подрался и с ним. Я рычал на него, замахивался на него, бил по голове.