– Не открывайте, ради бога, – прошептала я еще раз. – Они меня сразу убьют.
Он поднял руку, делая знак замолчать. Потом прислушался. На лестнице было очень тихо. Но вскоре я расслышала шарканье подошвы по цементному полу. А потом в дверь очень осторожно постучали.
– Не отвечайте, – шепнула я.
– Сам знаю, – еле слышно откликнулся он и громко спросил: – Кто там?
Женя откашлялся – это был его голос. А потом неуверенно заговорил:
– Извините, ради бога. Это соседи снизу, из восьмой квартиры. С третьего этажа.
– Что нужно? – перебил его хозяин. – Вы знаете, что сейчас половина шестого?!
– Да, мы сейчас уйдем, – пообещал Женя. – Извините, ради бога… Только откройте, пожалуйста. Эта девушка, она…
Он замолчал, и тут вмешался Роман. Надо сказать, голос у него звучал весьма авторитетно. Мешало только явное пришепетывание:
– Эта девушка наркоманка, у нее бред. Она сейшас вам вешь дом разнешет!
Я отчаянно замотала головой, показывая, что он врет. На глазах проступили слезы – мне хотелось рыдать в голос. Но хозяин едва взглянул на меня. Он громко и спокойно ответил:
– Оставьте меня в покое. Ее уже нет.
– Как нет?! – воскликнул Роман.
– Она убежала через парадное, – невозмутимо ответил хозяин. – Наверное, уже внизу.
Раздался тихий голос Жени. Он говорил быстро и нервно, не удалось разобрать ни слова. Потом – топот его ног по лестнице. Он спускался вниз. Роман очень вежливо попросил:
– Откройте на минутку, пошалуйста! Я только пошмотрю!
– Нечего тут смотреть, я сплю, – отрезал хозяин. – Устроили в доме притон! Еще раз поднимете ночью шум – я сам на вас посмотрю!
Роман сделал еще одну попытку его переубедить, но хозяин просто воспользовался народным средством. Несколько произнесенных им слов заставили Романа замолчать. Ничего не скажешь – есть ситуации, когда без мата не обойдешься… Вскоре я услышала удаляющиеся шаги и шорох раздвигаемых мешков. И тут слезы побежали у меня сами собой. Я даже не успела сказать «спасибо».
Мне протянули стакан воды. Я взяла, сделала один глоток и вернула стакан. Пить не хотелось. Хотелось только плакать.
– Я не наркоманка, – выдавила я, как только удалось перехватить глоток воздуха. – Правда, не наркоманка, я никогда…
– Да я вижу, – бросил он. – Ладно, я сейчас обуюсь, а ты садись. Вот сюда.
Он взял меня за плечи и буквально перенес на стул. Я ревела не останавливаясь. Может, это была реакция на всю эту ужасную ночь. А может, последней каплей было предательство Жени. Теперь я знала – он меня не пощадит. И никогда не собирался щадить. Он стоял за дверью с этим… Убийцей! И хотел, чтобы меня выдали. А зачем он дал мне свой адрес и телефон? Может, надеялся заманить в ловушку? Кто знает, была бы я жива, если бы явилась сюда без Елены Викторовны?
Меня потрясли за плечо, и я подняла глаза. Хозяин успел накинуть длинный махровый халат. В нем он казался еще массивнее.
– Кофе будешь? – спросил он. – Я лично выпью. Все равно вставать.
Я сказала, что буду. И спросила, как узнать, не подслушивают ли «они» за дверью? Он узнал это очень просто – отпер дверь и выглянул на лестницу.
– Никого, – удовлетворенно произнес мой спаситель, снова запирая дверь на замок. – Думаю, они тебя ловят на улице. Что ты натворила, не секрет?
– Ничего!
– Ну так уж ничего? – Он внимательно разглядывал мое лицо, одежду… Я и сама знала, что вид у меня не слишком презентабельный. И объяснила:
– Я всю ночь просидела на вашей лестнице.
– Да уж, – заметил он, наливая воды в маленькую кастрюльку. – Загадили весь дом, мусор вынести невозможно.
– Это вы выходили с ведрами, среди ночи?
Он удивленно взглянул на меня и засмеялся:
– Я! Точно, я! Я как раз спать ложился, решил выбросить этот тараканий рай… А ты что – следила за мной?
– Я вас случайно увидела, в окно, с парадного, – призналась я.
– Кстати, как тебя зовут? – поинтересовался он. – Меня – Павел.
Я представилась. Руки не протягивала, потому что была не уверена в ее чистоте. Павел открыл холодильник и вытащил несколько яиц:
– Я буду три, а ты?
– Одно, – попросила я. Хотя есть хотелось ужасно. Я вдруг вспомнила о пачке мороженого, забытой на кухне. Когда же это было? Миллион лет назад.
– Я положу два, – принял самостоятельное решение Павел. – К сожалению, больше ничего нет. В магазин пойду только завтра.
К этому моменту я сумела немного успокоиться и вытерла слезы. Его спокойный тон быстро приводил меня в чувство. По кухне распространялся запах закипающего кофе, в кастрюльке постукивали друг о друга яйца. Павел достал из кармана халата пачку сигарет:
– Хочешь?
Я поблагодарила и взяла одну. Пальцы у меня тряслись, и он заметил, что мне трудно прикурить. Сигарета так и плясала перед пламенем зажигалки. Наконец я сделала затяжку.
– Кто они были, Надя? – спросил он, как бы между прочим.
– Они… Они правда с третьего этажа, – уклончиво ответила я.
– Из восьмой?
– Наверное. Я не смотрела на номер.
– Что-то я их раньше не видал, – задумчиво произнес он. – Там вроде какая-то пара жила, они собирались продать квартиру. А потом уехали.
– Женю пустили туда пожить, – объяснила я.
– Женя – это кто?
– Мой бывший парень, – я сделала еще одну затяжку и погасила сигарету. – Он… Ну, в общем, мне нужно позвонить в милицию.
Павел слегка присвистнул и, схватив полотенце, рывком снял с плиты турку с выкипающим кофе. Потом открыл кран, залил сваренные яйца холодной водой. И только, достав из холодильника масло и нарезая хлеб, осведомился:
– Так что там случилось? Что-то серьезное? В самом деле?
– Я думаю, что да, – ответила я. – Можно от вас позвонить?
Павел вынес предложение – я сперва поем и выпью кофе. А уж когда успокоюсь и соберусь с мыслями, могу позвонить в милицию с его телефона. Он не возражает.
Я его послушалась. Вымыла руки и уселась за стол. Когда я надкусила бутерброд с маслом и крутым яйцом, то вдруг сообразила, что точно такой же набор продуктов оставался и у меня в холодильнике. И если бы я ночевала дома, то примерно в это время завтракала бы точно так же. Эта мысль меня неожиданно насмешила, и я, наверное, улыбнулась. Павел с удивлением посмотрел мне в лицо:
– Что такое?
– Так, ничего, – я отхлебнула кофе. – Просто творится что-то абсурдное… Я бы никогда не подумала, что встречу это утро вот так.
– Согласен, – легко ответил он. – Я тоже собирался поспать часов до двенадцати. Кстати, Надя… Что же, собственно, случилось? Может быть, не стоит беспокоить милицию?
Я покачала головой:
– Нет, стоит. Я не хочу вас пугать, но, кажется, ночью в той квартире убили девушку.
Кружка дрогнула у него в руке, и кофе выплеснулся на стол. Павел поставил кружку и зачем-то пригладил свои взъерошенные волосы:
– Вот же… Что – правда?
– Похоже на правду, – ответила я. – И знаете, я хочу вас попросить… Если они еще будут к вам стучаться – не открывайте. Они могут говорить что угодно, а вы все-таки не пускайте их в дом. Кто знает? Они на все способны.
Я допила кофе, и Павел проводил меня к телефону. Аппарат стоял в комнате, которая, скорее всего, выполняла роль кабинета. Я сразу обратила внимание, что эта квартира намного меньше той, откуда я сбежала. И Павел явно жил тут один. Это меня немного успокоило. Не хотелось бы подставлять под удар целую семью… Правда, будь у него жена и дети, его бы отговорили от того, чтобы впустить в дом незнакомую девицу, которой среди ночи потребовалась помощь…
– Вот телефон нашего отделения, – сказал Павел, перелистывая свою записную книжку. – Ну давай, звони. Я не буду мешать.
Он вышел и слегка прикрыл за собой дверь. Я собралась с духом, взяла трубку. Набрала семь цифр. И вскоре услышала ответ.
ГЛАВА 13
Это может показаться невероятным, но когда приехала милиция, я мирно спала. Такое со мной случается – когда нормальному человеку полагается томиться от бессонницы, меня вдруг сваливает сон. Наверное, тоже что-то нервное. Павел едва меня добудился, я смутно слышала его голос: