Она подтвердила.
– Ксения говорит, что передала ей папку с документами на участок. Где у вас лежат документы?
Жанна была так подавлена, что даже перестала задавать вопросы. Она безропотно подошла к старому комоду, выдвинула средний ящик и достала большую лопнувшую по швам коробку из-под печенья.
– Все тут, – сказала она, снимая крышку. – Но я не видела, чтобы она клала сюда какую-то папку. Я же говорю, она даже чаю не выпила, когда вернулась с поминок…
Тем не менее ее холеные пальцы продолжали торопливо перебирать документы. Чего тут только не было: старые квартирные книжки с выдранными корешками, товарные чеки и гарантийные талоны бог знает за какой год, бежевая от старости инструкция к швейной машинке… Внезапно она остановилась и стала перебирать документы вновь.
– Странно, – сказала Жанна. – Нет его свидетельства…
– Чего нет?
– Свидетельства о рождении Гены. И ее паспорта тоже нет…
– Но паспорт она наверняка носила при себе?
– Да что вы, никогда, – протянула Жанна. – Она боялась его потерять. Вы ее не знали, она вечно все теряла, могла оставить сумку без присмотра… Я сама настаивала, чтобы она оставляла паспорт дома. И зачем он ей? Ее никогда не останавливала милиция.
Жанна закрыла коробку и задвинула ящик. Вид у нее был растерянный, руки дрожали. Я попыталась настоять, чтобы она еще поискала папку, но Жанна покачала головой:
– Я не видела никакой папки. Она ее просто не доставала. Даже не знаю, какого она была цвета. Надя, как вы думаете, что все это значит?
– Думаю, она очень торопилась продать участок?
– На ночь глядя? Да ведь нотариус в такую пору не работает.
Я ничего не ответила. Меня мучил другой вопрос. Татьяна была согласна продать участок – она говорила только об этом и даже торопилась это сделать. Тогда почему же она до сих пор не объявилась? Если от нее требовали этой сделки и она была согласна из-за чего мог произойти конфликт?
– Ох, с ней случилось самое плохое, – невыразительно произнесла Жанна. – Я это точно чувствую!
– За сколько она хотела продать участок, не помните?
Жанна махнула рукой:
– Сумма не называлась. – Она вдруг подняла руки и прижала пальцы к вискам. Постояв так с минуту, глядя в пол, она медленно проговорила:
– Таня сказала, что за бесценок ни за что не отдаст. Да, я вспомнила. Она сказала это так возмущенно, как будто…
– Как будто ей как раз это и предлагали? Жанна опустила руки и кивнула:
– Да, это прозвучало именно так, будто она с кем-то спорила…
Я попросила пустить меня к телефону. Жанна провела меня в коридор, такой тесный, что, когда она встала рядом, стало нечем дышать.
– Вы собираетесь звонить в милицию? – спросила она.
Этого я как раз не собиралась делать. Я хорошо помнила, чем увенчалась моя первая попытка. Меня обвинили чуть ли не в краже сумочки, и только заступничество Павла спасло меня от путешествия в отделение. Хороша я буду, когда начну уверять, что труп из квартиры все-таки вынесли, но девушка в тюке была другая!
Меня передернуло, и я достала из бумажника визитку Павла. Только бы он оказался дома!
Он был дома и, кажется, обрадовался, услышав мой голос.
– Надюша? – воскликнул он с фамильярностью, от которой я уже успела отвыкнуть. – Жива-здорова? Все в порядке?
– Жива, – невольно улыбаясь, ответила я. – Только порядка нет… Знаете, кажется, у нас все-таки получится сюжет. Точнее, у вас. А мне нужна помощь.
– Сюжет? – переспросил он, будто не понял, о чем речь. У меня даже сердце похолодело. Но в следующий миг оказалось, что недавние события просто успели потерять для него значение. Он сейчас занимался совсем другими делами – мое приключение было только одним из многих эпизодов… – Что-то новенькое появилось? – без прежнего интереса спросил он.
– Да, это насчет тюка. Помните?
– Ну конечно. И что там было?
– То, что я и думала.
Он немного помолчал, усваивая информацию, а потом недоверчиво спросил, неужели Юля все-таки оказалась…
Я перебила:
– Нет, с ней все в порядке, но зато пропала другая женщина.
– Ну, знаешь. – Он ответил именно так, как я и опасалась. – Ты как тот мальчик, который все кричал «Волки, волки!». Ты уверена, что волки в самом деле есть? Если каждую пропавшую знакомую ты будешь запихивать в этот несчастный тюк…
– Но она точно пропала! И была в ту ночь в восьмой квартире! Юля сама рассказала мне это.
– Почему же она сразу не призналась?
– Ее запугала Дина.
Он снова замолчал. Я слышала его тяжелое дыхание и очень боялась, что сейчас он попрощается и скажет, что у него просто нет времени на глупости.