Обычный супружеский разговор.
– Я думала, ты скажешь что-нибудь другое, – произнесла я.
– А ты не думай, а спроси, – посоветовал он.
– Елена Викторовна уехала?
– Ага, – легко ответил Женя. – К своему сынку, в отпуск. Парень учится в Англии, ты только подумай. Кому-то все достается само собой.
– Она точно уехала?
Раскладушка заскрипела, потом раздался легкий, знакомый звон – опять отцепилась одна из пружин. Женя чертыхнулся и спросил, почему я никак не могу выбросить из головы эту стерву Елену?
– Скажи, ты взял трубку, когда она звонила? Тогда, ночью?
– Ну взял; – раздраженно бросил он. Женя, конечно, понял, о какой именно ночи я говорю. – Взял, чего тебе еще?
– И что она тебе сказала?
– А что она могла мне сказать, как ты считаешь? Удивилась, услышав мой голос, и бросила трубку. Вот и все.
– Вы ей перезванивали?
Раскладушка буквально завизжала. Я различила в темноте белую тень – Женя сел.
– Лично я никому не перезванивал, – ответил он.
– Ну, значит, звонил Роман. Думаю, это он и вынудил ее уехать.
Белая тень сидела неподвижно. Я смотрела на нее, и мне вдруг показалось, что там сидит вовсе не Женя. Ощущение было пугающим, и даже когда он заговорил, звук его голоса показался незнакомым.
– Вынудил уехать? Какая чушь! Она сама кого хочешь вынудит… Кстати, ты, вероятно, не знаешь… – В голосе прозвучала странная, ироничная нотка. – У Романа есть дочка.
– Ну и что?
– А. то, что ее сын и его дочь друг к другу неравнодушны. Пока, во всяком случае. – Он, по-моему, улыбался, во всяком случае, голос зазвучал именно так. – Поэтому Роман и Елена никак не могут поругаться окончательно, – сказал он, продолжая улыбаться. – И не тебе их ссорить, Надя. И не мне. Они сами друг с другом разберутся. Они бог знает сколько занимаются общим делом. Конечно, накопились счеты друг к другу… Но когда что-то случается, они предпочитают утопить чужака, чем друг друга.
Я тоже села:
– Намекаешь на меня, да? Елена решила забыть о пятнах на ковре?
Белая тень встала и выпрямилась. Вспыхнул огонек зажигалки, в темноте засветился кончик пылающей сигареты.
– Ну, если и были какие-то пятна, то ведь именно в ее кабинете. Ей пришлось бы слишком многое объяснять.
– Так ты признаешь, что они там были? – воскликнула я.
Огонек снова вспыхнул и померк. Наступило молчание.
– Ты даже не спрашиваешь, как у меня дела, – горько сказал он после паузы. – Тебе на это наплевать.
– А как у тебя дела? – Я в самом деле не чувствовала к этому особого интереса.
Огонек вспыхнул ярче, потом подернулся пеплом. Женя тихо сказал, что сегодня Роман старался с ним не общаться. Смотрел поверх его головы, говорил сквозь зубы, а чаще делал вид, что просто его не замечает. И никакой работы, разумеется, не было.
– Я слонялся там как неприкаянный, – нервно рассказывал Женя. – Докурился до того, что охрип, а он… Роман даже внимания не обратил. А ведь у нас с ним был разговор о том, чтобы я вообще бросил курить.
– И ты хочешь сказать, что это все из-за меня? – спросила я.
– Ну а из-за кого? Ты же в глаза назвала его убийцей! Так красиво расписала, где и как погиб Иван! Скажи, пожалуйста, как ты вообще решилась такое ляпнуть?!
Он прошелся по комнате и остановился прямо напротив меня. Устремил сигарету мне в лицо, будто обвиняющий перст:
– Ты же попросту опасна! Он может вообще меня выгнать, если ты не успокоишься! Кому охота связываться с сумасшедшей?!
– Но почему тогда ты решил на мне жениться? Давно бы бросил меня. Я думаю, что это Роман посоветовал тебе приручить меня. Чтобы не болтала лишнего.
Сигарета описала огненный полукруг и снова застыла. Огонек был едва различим. Женя упавшим голосом произнес:
– А перед тем, как ты позвонила, я все-таки выловил его и попросил объяснить: чем я буду сегодня заниматься? Знаешь, что он мне ответил? Что у него возникли сомнения в рентабельности моего проекта. И он хочет сперва подумать. Слишком большие требуются вложения.
Я встревожилась:
– Только не подписывай никаких обязательств! Если он прогорит, ты не обязан ему возмещать убытки. Так случилось с Иваном, его же просто надули!
– Знаю, – раздраженно ответил Женя. – Иван из кожи вон лез, пытаясь меня отговорить. Но я не такой дурак, каким был он.
– Из-за чего вы – все-таки поругались? – как можно мягче спросила я. – В студии оказался какой-то старый его знакомый? Один из тех, кто его обобрал?
– Нет, – бросил Женя. Он отошел к окну, нашарил на подоконнике пепельницу и раздавил окурок. – Иван просто узнал, что этот человек опять появился в Москве, и захотел встретиться.