– Как именно?
Я попыталась припомнить, что мне рассказывала Юля. Никакой косметики, между сорока и пятьюдесятью годами, в деловом костюме… Но ничего сказать не смогла. И какой в этом смысл? Она опять отговорится, на ходу сочинит легенду, назовет имя, которое возьмет с потолка. Разве я уже не попадалась на ее ложь?..
Я бросила трубку.
И в этот момент до моего слуха дошел некий посторонний звук – металлическое лязганье. Понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить: отпирают парадную дверь.
Я бросилась на кухню. Меня преследовал вновь зазвонивший телефон – Елена Викторовна считала, что разговор не окончен. Из-за этого оглушительного звона я не слышала, вошел ли кто-то в квартиру или еще нет. И не было времени прислушиваться! Я откинула крюк, запиравший дверь черного хода, выбежала на лестницу и в этот момент, услышала за спиной окрик:
– Стой! Стой!
Я обернулась – Роман! Его лицо показалось мне каким-то призрачным, искаженным. Он задыхался, стоя на пороге и глядя на меня, а потом ступил на площадку…
Почему я рванула вверх, а не вниз – до сих пор не могу объяснить. Может, потому, что знала: внизу меня легче догнать, там все-таки меньше мешков. Зато наверху, на площадке четвертого этажа, была настоящая баррикада. Он, с его короткими ножками и лишним весом, быстро ее не одолеет. Я мчалась вверх по ступенькам, опрокинула огромный мешок, из которого с грохотом посыпались битые кирпичи… Второй мешок я опрокинула сознательно – чтобы отрезать им дорогу. Он тоже был страшно тяжелый, но в этот миг у меня невесть откуда появилась необыкновенная энергия. бы гору своротила, если бы это понадобилось. Крики «Стой!» по-прежнему неслись мне вслед, я, ожесточенно продираясь сквозь преграду, услышала еще один голос – это был Женя. Он видел меня со спины, но, конечно, узнал. Думаю, он обалдел, ведь я выскочила из запертой им самим квартиры!
Взобравшись на пятый этаж, я поняла, что попалась. Дальше была только металлическая лестница на чердак, но на крышке люка висел огромный амбарный замок. Можно было выброситься из окна, но это как-то меня не прельщало. Оставался один выход, точнее, два. Две двери на узенькой площадке. Одна – недавно окрашенная, другая, слева, – запущенная и облупленная. Я стала барабанить в обе поочередно, потом принялась бить ногами. Звонков не было. Я слышала, как Роман с Женей разгребают устроенный мною завал, и свесилась с перил посмотреть на них. Да, я выиграла минуты три, но сейчас Женя перелезет через эту баррикаду, и мне конец!
Они больше не окликали меня и сосредоточенно трудились. Именно это молчание испугало меня больше всего. Они всерьез решили до меня добраться! Я из последних сил ударила ногой по свежеокрашенной двери, и тут мне неожиданно ответили. Злой мужской голос, донесшийся из квартиры, прозвучал дивной музыкой:
– Вот я кому-то сейчас как врежу!
– Откройте! – крикнула я. – Пожалуйста, кройте, умоляю!
– Кто хулиганит?
– Я снизу, с третьего этажа, откройте, ради Бога!1 Судя по молчанию, он слегка заколебался… И тут я увидела через перила Женю – он все-таки преодолел завал и был совсем близко от меня. Я взвизгнула:
– Меня сейчас убьют, откройте!
– Стой! – раздался снизу голос Романа. Но мне уже открыли дверь.
Я влетела в квартиру, даже не взглянув на моего спасителя. И, обернувшись, рывком захлопнула дверь. Лязгнул автоматический замок. Я увидела цепочку и набросила ее. Все!
В дверь немедленно начали стучать. Я зажала рот кулаками, глядя, как содрогается и звенит цепочка. И вдруг наступила тишина. Удивительная тишина – после такого-то содома…
– Не открывайте, – сипло прошептала я, пер водя взгляд на хозяина квартиры.
Им оказался высоченный босой мужчина в стиранной пижаме. Его темные волосы были взлохмачены, ошалелый взгляд еще сонный.
– Не открывайте, ради Бога, – прошептала я еще раз. – Они меня сразу убьют.
Он поднял руку, делая знак замолчать. Потом прислушался. На лестнице было очень тихо. Но вскоре расслышала шарканье подошв по цементному полу, потом в дверь очень осторожно постучали.
– Не отвечайте, – шепнула я.
– Сам знаю, – еле слышно откликнулся он и громко спросил:
– Кто там?
Женя откашлялся – это был его голос. А потом уверенно заговорил:
– Извините, ради Бога. Это соседи снизу, из восьмой квартиры. С третьего этажа.
– Что нужно? – перебил его хозяин. – Вы знаете, что сейчас половина шестого?!
– Да, мы сейчас уйдем, – пообещал Женя. – Извините, ради Бога… Только откройте, пожалуйста. Эта девушка, она…
Он замолчал, и тут вмешался Роман. Надо сказать, голос у него звучал весьма авторитетно. Мешало только явное пришепетывание.