Не знаю, поверил он или нет. Во, всяком случае, Женя не предпринял ни единой попытки выяснить, кто такая эта подруга…
Он только сказал «ладно, увидимся» и первым повесил трубку. Я отодвинула телефон подальше и взглянула на часы. Без нескольких минут десять. Какая долгая ночь впереди! Вдвойне долгая для того, кто болеет. А для того, кто еще и боится? Неужели они решатся залезть в чужую квартиру? Или просто будут следить за выходами из нее? Но рано или поздно они поймают меня. Потому что уже догадались, где я прячусь.
Когда ко мне опять заглянул Павел, он сразу понял – что-то случилось. Мне кажется, должен был понять. Я прятала от него глаза. Однако Павел ни о чем меня не спросил. Он только посмотрел на меня внимательнее и поинтересовался, как я себя чувствую.
– Лучше, – соврала я.
– А выглядишь хуже, – честно сообщил мой спаситель. – Послушай, сейчас у меня в гостях приятель, его интересует твоя история.
Я в ужасе оглянулась на дверь. Мне показалось, что приятель уже стоит на пороге, желая со мной побеседовать. Но его там не было.
– История-то загадочная, – объяснил Павел. – А это его специальность. Он тоже журналист, только пробавляется на телевидении. Я ему в общих чертах рассказал, что тут было ночью, и он заинтересовался. Да к тому же твой Женя – музыкант… Может получиться интересный сюжет!
Меня вдруг затрясло. Озноб был ужасный – я чувствовала себя примерно как на «американских горках». Сжалась в комок, пытаясь успокоиться, но тело все равно продолжало содрогаться, мне было ужасно холодно.
– Нет, – еле выдавила я, стараясь не стучать зубами. – Этого нельзя д-делать…
– Ну вот, – расстроился Павел. – Почему же? Тебе не хочется выставляться напоказ? Так это можно устроить…
– Н-не поэтому… – Мне становилось все хуже, ноги, казалось, превратились в куски льда. – Я б-бо-юсь, они опасны… Они хотят меня убить… Этим не шутят…
Павел подошел ко мне, наклонился и тронул за плечо. Он сразу ощутил, какая дрожь меня сотрясает, и встревоженно поднял брови:
– Тебе так плохо?! А я-то пристаю… Сейчас, погоди!
С кухни он вернулся не один. За ним шел тот самый приятель. Когда он остановился посреди комнаты, это довольно обширное помещение с высоким потолком вдруг показалось мне низким и очень тесным. Приятель был гигантом. Особенно бросался в глаза его «пивной» живот, вызывающе обтянутый красной фуфайкой. Другой примечательной деталью была его прическа – длинный рыжеватый хвост. В сущности, если его переодеть в черную рваную кожу с заклепками и добавить необходимое количество татуировок, он бы походил на карикатурный образ байкера. Вот только какой мотоцикл выдержит его вес…
Приятель, ничуть не смущаясь, представился:
– Володя.
Павел сунул мне чашку, от которой остро пахло водкой и поднимался пар:
– Выпей, испытанное средство. Кипяток, мед и водка.
Я выпила полчашки, и озноб действительно стал утихать. Не знаю, что в этой смеси было основным ингредиентом, но я сразу опьянела. Я не ела уже вторые сутки, но аппетита при этом так и не появилось. Никогда в жизни я не сидела на такой строгой диете.
– Понимаешь, Вова, девушка не хочет поднимать шумихи, – обратился Павел к приятелю. – Она боится.
Тот задумчиво погладил себя по животу и авторитетно изрек:
– А не поднимать шумихи, может, еще опаснее.
Павел с ним согласился и принялся меня переубеждать. Дескать, только обнародование всей этой истории может связать руки моим преследователям. Конечно, они станут отпираться. Судя по всему, у них есть для этого возможности. Но убить меня в такой ситуации слишком рискованно. Все равно что подписаться под всеми моими обвинениями.
Я возразила:
– Да ведь они могут убить меня потом! Не сможете же вы постоянно устраивать ажиотаж вокруг этой истории! Да и особых материалов против них нет.
– Кстати, о материалах. – Володя придвинул к дивану стул и присел. Стул слабо охнул, звук был какой-то жалобный. – Что у тебя конкретно есть против них?
Я задумалась. Что у меня в действительности было? Они лгали, что Ивана не было в студии. Я могла их опровергнуть. Своими показаниями, а также показаниями Елены Викторовны (спорный вопрос, все еще спорный), Юдиными показаниями… Только где она сама… Наконец, Ксения тоже знала, что ее муж поедет на студию. И наконец, у меня была кассета.
Я сказала об этом. Володя был очень доволен:
– Кассета – это просто класс! Людям нравятся такие факты! Она у тебя с собой?
– К сожалению, она на нашей съемной квартире, – пожаловалась я. – А там сейчас Женя… И мне думается, не один. Они ждут меня…