Вторую такую же трубку монстры извлекли из щеки пострадавшей и приставили к шее парня. Третью – из середины торса, и затем после нескольких неудачных попыток погрузили в районе печени донора. Несмотря на скотч, парень уже сорвал к этому моменту голос и закатил глаза под лоб. Болевой шок заставил молодого человека уйти в забытьё.
Лишь затем чудовища позволили Павлу убраться. Более того – они недвусмысленными жестами выставили Солодова из дома на двор и захлопнули за ним дверь. У Павла голова шла кругом, но свежий воздух подействовал на него благостно. Мужчина сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, вентилируя лёгкие, затем открыл ворота, вывел машину с участка и запер створки, прежде чем убраться подальше. С «техниками» встречаться совершенно не хотелось. И уж совсем ему были неинтересны подробности, каким именно образом чупакабры производят операции по замене и приращению частей тел и органов. И без того он насмотрелся за эти дни такого, что иному целой жизни не хватит.
ЭПИЗОД 5
Второго донора получилось добыть ничуть не сложнее, чем первого. Павел подкараулил молодого человека в полупустой электричке. Он, конечно, сильно подозревал, что в наше время все вагоны снабжены шпионскими устройствами слежения за гражданами, и поэтому вырубил парня эфирным баллончиком у самого выхода. Затем протащил его через двери над сцепкой между вагонами и выволок из другого тамбура на платформу полустанка – якобы с поезда сошли два выпивших приятеля. Только один совсем в говно, а второй ещё вроде в состоянии переступать ногами. Добравшись до лесополосы, Павел оставил пойманного валяться в подлеске. Сам же сбегал до припрятанной загодя у околицы села машины. С новым донором монстры поступили точно так же, как и с предыдущим. Павел с удивлением увидел, что «девочка» выглядит теперь чуть лучше, нежели вчера. Серая, сморщенная кожа лица немного разгладилась, дряблые веки стали слегка подрагивать. Впрочем, Солодову хотелось только одного – чтобы вся эта тошнотворная и убийственная карусель закончилась как можно скорее.
...Следующим утром телефон выдал короткое сообщение: «Теперь ищи женщину». Павел выругался. Он вспомнил, как монстр через «переводчика» намекал, что им понадобится донор женского пола, заикаясь о восстановлении репродуктивной системы. Крепко же он приложил эту чупакабровскую дочку!
Девушку Павел решил искать среди неблагополучных. Ему очень не понравились заголовки в лентах новостей о двух парнях, без вести пропавших с интервалом в одни сутки. Первый из них поехал на кладбище навестить могилу кого-то из убиенных приятелей – по слухам, такого же бандюка, каковым был и сам, да то ли не доехал до упомянутой могилы, то ли где-то возле неё и остался. Второй же, кандидат наук, пропал по дороге домой с какого-то симпозиума молодых учёных... Обоих уже объявили в розыск, а к поискам второго подключились не только волонтёры из группы «Лиза Алерт», но и сотрудники городской прокуратуры. Словом, выбор теперь пал на лиц с низкой социальной ответственностью.
– ...Сколько? – спросил Павел рослую, довольно симпатичную брюнетку, маячившую возле придорожного кафе.
– Секс – пятьсот, минет – триста.
– Чё так дорого? Совсем же недавно секс триста был, а минет двести, – решил поиграть Павел в знатока тарифов продажной любви.
– Ты давно курс рубля к доллару смотрел? – ответила проститутка.
– А ты что, валютная? – парировал Павел.
– Да ты и сам вроде не фирмач из «Метрополя».
Язык у девушки был хорошо подвешен. Яркая, грудастая, с тонкой талией и нереально стройными точёными ножками – то есть, очень даже привлекательная. Павел аж зубами скрипнул: ну какого чёрта такие красавицы делают на панели? Потом скрипнул опять, когда вспомнил, для чего он сюда подъехал. Сканер ещё метров за двести начал с ума сходить, требуя жертвы. Что ж, так тому и быть, подумал Павел, открывая дверь машины и готовя баллончик.
Проститутка пришла в себя в большом боксе, где когда-то стоял то ли трактор, то ли какая-то крупная машина для дорожных работ. Сейчас здесь орудовали представители «параллельной эволюции». Монструозная дочь уже приоткрывала веки и рот. Её руки и ноги неприятно подёргивались. Брюнетка как будто понимала, что сражается сейчас за свою жизнь. Отбивалась она значительно энергичнее, чем хулиган с кладбища или молодой учёный из электрички. И к тому же пускала в ход зубы. Она прокусила вместе с собственной губой несколько слоёв скотча и впилась Павлу в правую ягодицу, когда тот изо всех сил пытался придавить девушку к топчану, пока две твари срывали с неё юбку и трусики. Соединительная трубка была извлечена откуда-то из нижнего «шара» гантельной фигуры и введена проститутке в вагину. Вторую вставили ей в середину лобка. Обе трубки тотчас налились красным и начали активно пульсировать, подёргиваясь и извиваясь. Брюнетка выла и орала в голос, не забывая поносить Павла такими словами и определениями, каких тот сроду не слышал. Подпрыгивая на мягкой груди, ощущая всё новые укусы в задницу и бёдра, Солодов только покачивал головой и бормотал, повторяя и соглашаясь: «Да, знаю, да, подонок, козёл, да, сволочь, шнырь подшконочный...»