Вечером Кэсси решила организовать себе баню, не нарадуясь фонарю и разжигалке, здорово упростившим ей жизнь.
Это был по-своему чудесный день, но на следующее утро Кэсси поняла, что ждет Теодора. Одиночество не несло вреда, но ей не хватало общения. Пусть с Тео они перекидывались парой фраз, но это был живой человек, и он отвечал ей, в отличие от собак.
А еще, пусть он не доводил дело до конца, но она скучала по его ласкам.
Кэсси с содроганием подумала, что через пару-тройку недель останется тут совершенно одна. На несколько месяцев.
А ведь беременным часто требуется уход. Может, удастся уговорить Тео обеспечить ей его?
— Хорошо отдохнул? — скучающим тоном поинтересовалась Кэсси, когда он появился в доме.
Лишь бы не набросился! Ей еще есть, что ему сказать.
— Не твое дело, — неожиданно огрызнулся он.
— Тесты принес? — Кэсси только фыркнула.
— Рано еще, — мрачно ответил Тео, но кинул на стол упаковку тестов.
— Ой, умничка, не забыл! — искренне обрадовалась девушка.
— Умничка?! — повторил он с такой непередаваемой интонацией, что Кэсси не удержалась от смешка.
— А мне еще кое-что нужно, — сообщила она.
Тео распахнул глаза:
— Да твои аппетиты все больше растут. Я тебе кто, посыльный?
— Нет, ты мой дракон, и в твоих интересах беречь мое здоровье, — выбивать Тео из колеи было приятно. — Мне нужны витамины для беременных. Это полезно для здоровья малыша. А еще блокнот и ручки.
— Это еще зачем?
— Составлять списки необходимого, — невинно похлопала она ресницами. — Память девичья, вдруг забуду, дважды придется посылать.
Она могла бы поклясться, что слышит его рычание. Но страшно почему-то ей не было.
— Не наглей, — велел он.
— Да я даже не начинала! — возмущенно возразила девушка. — Вот ребенок родится, и поймешь, какая я сейчас скромная!
Она шутила, ведь взваливать заботу о малыше на этого парня она не собиралась.
Обойдется. Ее ребенок вырастет нормальным, хорошим человеком, уж она приложит для этого все усилия. Своему сыну она не позволит превратиться в бездушное чудовище, каким вырос его отец.
— Это вряд ли, — Тео шутку не принял.
— Почему? — даже удивилась Кэсси.
Вместо ответа Тео велел:
— Раздевайся.
Но на самом излете страсти, уже отстраняясь, Тео вдруг наклонился к ее уху:
— Потому что, — шепот его звучал словно бы ломко, — без должного ухода матери кадхаи умирают при родах.
— Чт?.. — она дернулась, пытаясь вырваться из его объятий, и Тео ее отпустил.
Он тяжело дышал и смотрел на нее исподлобья, с каким-то злобным торжеством, не скрывая кривую ухмылку.
— Умирают? — прошептала Кэсси.
— Да, — жестко ответил он, развернулся и ушел, оставив Кэсси совершенно раздавленную.
Она умрет. Через каких-то несколько месяцев одиночества, приведя в этот мир новую жизнь, расстанется со своей. Ее ребенок не будет знать материнской любви, его воспитает бессердечный отец таким же жестоким и безжалостным, как он сам. И она ничего не сможет изменить… Теодор Вайнхаи хотел убить ее и орудием убийства назначил собственного ребенка.
Зачем он ей это сказал? Лучше бы она продолжала жить в блаженном неведении, строя планы о будущем, которого ее уже лишили.
Ничего не будет. Ничего! Все ее старания, все надежды…
— Это нечестно. Нечестно! — прошептала она едва слышно.
И разрыдалась. Истерика накрыла девушку с головой, и справиться с ней Кэсси не могла.
Да и не хотела.
Она не знала, как долго прорыдала над своей несчастной судьбой, но сон сморил ее только под утро. Проснулась Кэсси от лая собак, голодных и обеспокоенных.
Она не выспалась, чувствовала себя разбитой и обессиленной. Но собаки были не виноваты в том, что Тео в очередной раз разрушил ее жизнь. Им нужно было есть и пить, и она единственная, кто мог позаботиться о них.