- Благодарю покорно. Я и так неплохо зарабатываю.
- На статейках фриланса много не заработаешь.
- Я между прочим эксперт-колумнист в двух журналах о паранормальном. И я там на постоянке. А еще я роман заканчиваю. Продам и денег будет жопой жуй.
- Понятно, – кивнула Ольга и смачно с хрустом откусила шаурму, понимая, что меня не переубедить. – Любишь ты все по-своему.
- Как и ты.
Ольга кофе отпила и к стеклу повернулась. А там натуральный ураган, тьма хоть глаз выколи, всюду ветвятся молнии, грохочет, как из пушек ядрами стреляют, и ливень горизонтальными струйками по витрине струится.
- Предчувствия нехорошие – вздохнула Ольга – В глазах все еще метка дьяволова стоит.
- Может, не будем об этом, а? – перебил я ее слегка не взводе. – Накликать беду хочешь?
- Кликай не кликай, а знак мы оба видели! – порывисто вставила Ольга и глаза ее серые в меня воткнулись, как тогда, в доме, когда она знала, что говорит, пусть даже и со стороны это казалось чушью.
Я шаурму так до рта и не донес. Отложил в сторону, от этих ее мрачных предчувствий у меня аппетит пропал. А я то надеялся сегодня первую ночь поспать без кошмаров.
В кафе было душно от жарки мяса, Ольга отстегнула пару пуговичек сверху белой блузки и мои глаза сразу упали в заманчивое декольте. Но смотрел я не на то, что вы подумали, а на ее амулет, который она носила с того самого дня, как мы обрели свободу от Макруба.
- Ты их вспоминаешь? – спросила моя экс, задумчиво рассматривая зубы дракона в своей ладони.
Это были длинные белые клыки, чуть ли не с мизинец длиной, заостренные на кончиках с одной стороны и с вытянутыми острыми конями в виде четырех тонких отростков. Ольга просверлила в них дырочки и продела через прочную серебристую нить. Она уверяла меня, что с тех пор, как стала носить их на шее, ее почти не донимали духи и демоны. Разве, что в канун первого мая, ну и когда она позволяла себе выпить лишний бокал вина.
- Каждый долбанный день, – ответил я через паузу, а сам все на зубы глядел.
- И я. Как думаешь, они выжили?
- Я уверен в этом. Ты же сама видела, Серафима говорила с нами. Уже после смерти.
- Но Илья сказал….
Ольгину фразу заглушил чудовищный гром. Если раньше бабахи казались вполне себе естественным явлением, то в этот раз звук был такой, будто где-то на воздух взлетел целый нефтеперерабатывающий завод. От ударной волны стекла стены-витрины задрожали, раздался хруст и повсюду расползлись мелкие трещины.
Снежанка вскрикнула и пролила кофе на столе. Все, кто был в кафе, включая меня, побледнели.
- Что это было? – подала голос первой Юля-бариста и сразу подбежала к окну.
- Спокойно, Юлька, это просто гром! – пытался успокоить ее напарник, а сам тоже к двери подошел и вглядывается во тьму.
- Ни хера это не гром!– вопила Снежанка, хватаясь за волосы. – Я таких громов не слыхала никогда.
И не успели мы опомниться, как снова бомбануло, да еще сильнее, чем в первый раз. Теперь уже не только Снежанка, но и остальные девочки в кафе завизжали. Прозрачная стена с видом на мерс обильнее трещинами покрылась.
- Отойдите от стекла! – крикнул я баристе и ее напарнику, а сам с ужасом глазел в уличную тьму.
Глава 2. Пятеро
На улице что-то происходило. Сначала молнии, как бешенные, во все стороны полетели, потом затряслось всё. Тарелки с десертами звенят, чашки со стойки на пол падают и в осколки разлетаются. Саня Юльку за руку схватил и пару шагов назад сделал, я к Ольге пересел и обнял ее, как раньше, когда хотел успокоить.
Трясло нас так почти целую минуту, а вокруг дикий грохот стоял, будто камнепад или высотный дом рушится. Юлька кричала, Снежанка визжала, а Ольга мне в грудь лицо прижала.
А когда все стихло и ливень прекратился, тучи разошлись, являя нам черное, как деготь беззвездное небо, в котором почти прямо над нами пылал булькающей плазмой гигантский красный шар в два раза крупнее луны. От нее во все стороны зигзагами вились алые мерцающие нити, похожие на зловещее подобие северного сияния.
- Что за….?- ахнула Снежанка, прижавшись щекой к стеклу.
- Это луна? – не верила своим глазам Юля.
- На луну не похоже, - резонно заметил Саня.
Мое же внимание занимала небольшая парковка перед кафе, где Ольга оставила машину. Только вот мерса теперь мы больше не видели, да и от парковки осталась немного. В трех-четырех метрах от стены-витрины асфальт обвалился, выделяясь черной зазубриной кромкой обрыва. За той линией зияла пропасть.